Парный танец

Меня больше возмутило ее желание продать нашу с Дашей квартиру. Это мы с сестрой вкладывались в ремонт и обстановку, оплачивали все счета. Почему она распоряжается нашей общей собственностью, не спросив нас?

– Завтра их отправят на Землю, – объявил барс.

– Чтобы она по приезде разыграла спектакль, вещая всем, кто желает слушать, как загордились ее дочери, едва успев выйти замуж? Лучше организуйте им экскурсии и держите подальше от нас.

Как и всегда после общения с Мартой, чувствовала я себя морально опустошенной и вскоре сбежала в дамскую комнату, чтобы получить передышку.

– Почему ты не сказала о квартире? – спросила я.

– Тебе было не до того. Не переживай, у меня все под контролем. Это Марр ее пригласил?

– Да.

– Извини. Наверное, нужно было ему рассказать о Марте, но не хотела вываливать наше грязное белье.

– Зато теперь оно само свалилось нам на головы, – поморщилась я.

– Нет еще, – отвела взгляд Дарья. – Пока не было подходящего момента, но в любом случае в конце вечера сообщу.

– Не передумала? – бросила на нее острый взгляд. Все же по поведению барса я бы не сказала, что Даша ему безразлична. С другой стороны, он всегда был к женщинам внимательный и вел себя с ними как настоящий джентльмен.

– Нет, – твердо произнесла она.

Когда мы вернулись, сестра изменилась в лице. Проследив за ее взглядом, среди гостей увидела Камияра в обществе очень красивой рыжеволосой девушки.

– Даш, может, это просто его знакомая?

– Дочь друга семьи, – напряженно ответила она, не отводя от них взгляда.

– Та самая?

– Да.

К нам подошел Марр, и сестра оставила нас, сказав, что хочет выйти на воздух. Я думала пойти с ней, но барс меня удержал. Он собирался представить тех, кто хотел засвидетельствовать нам свое почтение.

Все равно я краем глаза следила за Камияром. Девушка не собиралась его отпускать, и на них уже с любопытством поглядывали. Сам барс стал проявлять признаки нетерпения и выискивать кого-то в толпе. Когда он увидел нас с Хантом, взгляд его пробежал по стоящим рядом людям. Не обнаружив Дарью, он нахмурился, что-то сказал кшатре, высвобождаясь из ее цепких рук, и направился к нам.