Парный танец

Взглянув прямо в лицо, спросила:

– Маленькая? А как называют тех, кто пристает к маленьким?

– В нашем случае – супруг, – барс был непробиваем, – который даже поцеловать жену не может так, как хочется, боясь напугать своими желаниями.

И взгляд такой голодный на мои губы, которые вмиг пересохли от столь пристального внимания, и синие глаза смотрят с пугающей откровенностью.

Отбросила прочь неуместное любопытство по поводу его желаний и спросила о другом:

– Вы так и не ответили, почему я мерзну.

Барс отмер и понес меня в гостиную, по пути объясняя:

– Помимо ауры у человека есть энергетические точки.

Энергию для жизни вы получаете не только от еды, но и из окружающей среды. – Да, я слышала краем уха о чакрах, и новостью для меня его слова не стали. – Сейчас эта связь нарушена. Ты ослаблена и теряешь энергию без возможности ее восполнения, это отражается на внутренних органах. Я делюсь ею с тобой, латая энергетические дыры и давая возможность твоему организму жить.

– Чисто гипотетически: если не идти в храм, то при условии постоянного нахождения рядом с вами в шатхе нет нужды?

На меня бросили быстрый взгляд.

– Нет, это временная мера. Даже сейчас ты не получаешь необходимого объема, и если тянуть, работа всех внутренних органов постепенно будет нарушена, а это верная смерть. Шатха же закольцует твою энергию, восполнив своей, и даст возможность жить.

– Получается, они как паразиты, которые проникают в людей, когда те ослаблены.

– Эля, все не так!

Не понравились мои слова барсу…

– Почему же тогда они не могут подселяться к здоровому человеку?

– Каждое живое существо имеет свою ауру, внутреннюю защиту, и чужеродной энергии сквозь нее не проникнуть.

Кратковременно взаимодействовать могут, но человек живой, он может усвоить чужую энергию, если она ему подходит, и имеет возможность восполнить свою, а шатхи нет, и их сущности, энергетически истончаясь, гибли бы.

– Все равно паразиты. Эвелина была вегетарианкой до ритуала, а теперь полюбила мясо.

Шатха изменила ее вкусовые пристрастия, подстраивая под себя.

– Эля, думай, что говоришь. Сейчас один так называемый паразит делится с тобой своей энергией, – уязвленно проговорил Хант. – Для нашего народа шатхи священны и почитаемы, и меня оскорбляет такое твое отношение к ним.

Мы как раз подошли к накрытому столу, и я разжала ноги, сползая по его телу на пол."

"– По вине священного и почитаемого я сейчас теряю энергию и медленно умираю.