Сволочь ненаглядная

Мы явно заехали в дачный поселок, которых несметное число вокруг столицы. Летом здесь, наверное, чудесно – зелень, река, птички поют.

Сейчас же домики стояли заколоченными, с закрытыми ставнями. Дачка, к которой двинулся брат Стеллы, выглядела тоже нежилой, из трубы не шел дым, и повсюду лежал снег. Глядя, как парень топчется на крыльце, открывая дверь, я внезапно подумала: «Говорят, рыжие люди либо черти, либо ангелы».

Через пару минут водитель появился и крикнул:

– Идите!

Я потрусила к крыльцу.

– Стелла на втором этаже, в спальне, – пояснил брат, – красится, без морды лица никуда не ходит, ступайте наверх. В холле горел свет, скрипучая деревянная лестница вела под крышу. На крохотную площадочку выходило три двери. За первой оказалась комната с двумя кроватями, за второй открылось абсолютное пустое, без мебели, помещение, третья скрывала что-то типа детской. Во всяком случае, там стоял крохотный диванчик и валялся замызганный плюшевый мишка с оторванной лапой.

Но девушки не было.

Недоумевая, я стала спускаться по лестнице вниз, выкрикивая:

– Стелла, Стелла…

В ответ – тишина. На первом этаже оказалось четыре помещения: кухня, гостиная и еще две спальни. Ванная и туалет отсутствовали, скорей всего, тут нет водопровода. Стеллы тоже нигде нет. Похоже, на даче давно никто не живет. Окна первого этажа плотно закрыты ставнями, и в доме стоит могильный холод… Интересно, этот рыжий – псих или кретин? Какого черта он наврал, что девушка красится в спальне?

Со двора послышался шум мотора.

– Эй, – завопила я, кидаясь к двери, – стой!

Но дверь оказалась заперта, и не деревянная, а железная. Гул мотора стих, парень явно оставил меня одну, заперев в заброшенной даче. Почти ослепнув от злости, я вновь поднялась на второй этаж и обнаружила, что окна там забраны частыми решетками. Нечего было и думать о том, чтобы выпрыгнуть. Я раскрыла рамы и потрясла решетки – стоят как влитые.

Ноги сами спустились вниз.

И тут до моего носа донесся запах дыма. Топор выпал из рук. Не может быть! Но слух подсказал, очень даже может. Ровный гул и треск наполняли дачку. Вокруг полыхал огонь.