Пария

– Ваше высочество, рядом с вами великолепная спутница, красивейшая женщина из всех, кого я видел, – в Грандии не принято обращаться напрямую к девушке, даже если кто-то хочет сделать ей комплимент, обращаются к спутнику. Их жены и дочери всегда стоят за мужчинами, и я сделала незаметный шажок назад, вставая за плечом принца. И да, рта они первыми не раскрывают, пока спутник не позволит.

– В Шалире в середине лета пройдет выставка породистых лошадей, – произнес невозмутимо Эдвард, – говорят, у вас великолепная конюшня и есть истинно уникальные экземпляры, привезенные из дальних стран.

Еще мы знали, что в Грандии не положено благодарить за очевидные вещи, и сменой темы принц дал понять, что одобряет комплимент мне.

Как хорошо, что мы прилежно учились!

– Не знаю, как долго король позволит находиться в вашей чудесной стране, – посол так же не обратил внимания на похвалу принца, тем самым давая понять, что лошади у него действительно редкие.

– Герра Дениза отличная наездница, – Эдвард развернулся в мою сторону, намереваясь включить меня в разговор, – твоя же каурая из Грандии?

Конечно, принц знал, что у меня нет и не было своего выезда, но я поняла его с полуслова и включилась в игру, демонстрируя прекрасные знания о лошадях, их разведении, тренировках.

– Я могу пригласить вашу спутницу на третий вальс? – обратился он к Эдварду."

"– Конечно. Герра Дениза с удовольствием примет ваше приглашение, – ответил за меня принц, а я в очередной раз подивилась бесправному положению женщин в Грандии.

Его высочество проводил меня назад, к трону. Королева, наконец, встала с кресла и прохаживалась среди знакомых. Король по-прежнему сидел истуканом. Только в его руке я заметила бокал с напитком. Наверняка, опять успокоительное.

– Ты хоть намекни, когда будет этот третий вальс, в протоколе было написано лишь о том, что их семь, – устало произнесла я, пренебрегая этикетом вцепившись за руку Эдварда, повиснув на ней.

Разговор с пятью послами вымотал. У каждого были свои обычаи, традиции. Нужно было запомнить не только их имена и имена их близких, но и хобби, увлечения, культуру, условности каждого государства. Больше всего я боялась что-то перепутать. Ноги, обутые в новые туфли, пусть и на низком каблуке, нещадно болели. А присесть мне никто не предлагал, да и негде было.

А еще спину постоянно жег упорный сердитый взгляд.