Парень подруги. Ты не для меня

— Иди, — прорычал Стас.

Я же, закусив нижнюю губу, наблюдала эту перепалку. Стас меня защищает, потому что видит грубость в мою сторону от Ланского, или есть ещё причины так рычать на нерадивого студента?

Миру ничего не оставалось, как уйти. У выхода он обернулся и бросил на нас ещё один не самый добрый взгляд, потом толкнул дверь и вышел в коридор. Я подняла голову и робко посмотрела на преподавателя философии. Щёки горели от стыда. Ну как можно было так вляпаться!

— Спасибо вам, — сказала я ему.

— Он к тебе пристаёт? — спросил он, вглядываясь в меня более внимательно.

— Н-нет… — промямлила я.

Вообще-то, я не знаю. Можно ли считать поцелуи домогательством? А если да, то почему я не могу это признать? Растерялась.

— Уверена? — поднял он брови вверх.

— Да…

— Смотри сама, Диана, — покачал он головой. — Ты уже большая девочка, чтобы в таких вещах понимать. Если что — не молчи. Можешь обратиться ко мне. Я найду на него управу.

— Хорошо, спасибо, — ответила я, пялясь на него во все глаза.

Помощь пришла, откуда не ждали… Но язык не повернулся рассказать о фото в телефоне Мирослава. Не могу, и всё… Хотела решить всё своими силами. Я и так достаточно уже доставила неудобств Станиславу Сергеевичу. Теперь переживаю, как бы после перепалки с преподавателем Мир не пошёл к ректору ему назло. Проблемы тогда будут у всех троих, у него тоже. Не совсем же Ланской отбитый на голову? Я надеюсь на это. К тому же я переживала за прослушивание. Ведь скажет, гад, что я передумала, или подстроит мне ещё какую-то пакость! Надо дождаться хотя бы прослушивания.

— Я… хотела у вас прощения попросить, — посмотрела я в лицо Стаса. — Простите меня за эту вольность. Я не должна была так делать.

— Не должна была, — кивнул он. — И не делай больше. Меня не интересуют студентки.

— Да я, в общем-то, и не претендую ни на что… Мы просто с подругой поспорили.

— Как поспорили?

— Что я с вами найду контакт… Но, кажется, я выбрала не тот метод. Глупо так вышло…

— Не тот, Диана, — снисходительно улыбнулся Стас.

— Хорошо, я всё поняла, — улыбнулась я. — Простите ещё раз.

— И не спорьте больше на людей, — укоризненно покачал он головой. — Что ещё за жестокие детские игры?

— Обещаю, — закивала я в ответ. — Больше никогда не буду спорить. Вообще ни на что.