Параллельные прямые

 Генку и эту девушку рядом с ним, окончательно впала в ступор, на меня наговаривают, вместо того чтобы возразить, головой киваю…..Со стороны выглядит как знак согласия…

— Геннадий Борисович, в полицию обращаться будете?

— Нет. Часы заберу, они для меня дороги как память, а деньги… — он презрительно посмотрел на меня. — Можешь себе оставить, считай заплатил.

— Ген, ты с ума сошел? Деньги воровке оставляешь! — кажется это девушка возмущается, у меня в голове туман я не могу пошевелиться.

— Нелли я просил подождать на веранде, зачем ты сюда пришла? Идем отсюда.

4

Моя непробиваемая сестренка, тонко всхлипнула, из глаз потекли слезы, она их тыльной стороной ладони начала по лицу размазывать. Мне не по себе стало, пожалела уже, что вывалила всю эту грязь на Милку, она расстроилась.

— Милочка, прости пожалуйста, наверно не надо было тебя всем этим грузить! — осторожно отодвинула стул, подошла к кузине, погладила по вздрагивающей спине.

— Машка, как ты всю эту жуть вынесла? — спросила Мила свистящим шепотом.

— Мил, мне и стыдно было, и забыть хотела…. Домой вернулась после позорного увольнения, месяц собирала себя по кускам. А потом узнала, что беременна. Пускать сопли и слюни стало некогда, перевелась на заочку, устроилась на работу, продавцом консультантом в салон связи, где могла подрабатывала.

— А Морозова Маш, где эта су… Дочь собачья? — Мила вытряхнула салфетку из пачки, поднесла ее к заплаканным глазам, промокнула их аккуратно и, развернулась ко мне вместе со стулом.

— Ее в тот день вместе со мной уволили. Она не ожидала, думала только меня попрут…. Даже не знаю как она в Москву добиралась, я днем раньше успела получить зарплату, а она должна была на следующий день получать. Мы в присутствии охранника вещи собирали… Он нас и за ворота сопроводил, как арестантов. Я в маршрутку запрыгнула и в аэропорт. Морозу я больше не видела, слышала от кого-то, что ее после второго курса из Универа отчислили, вроде как замуж вышла, переехала в Нижний Новгород.

— Да-а, дела, — Милка вскочила со стула, встала передо мной. — Я, Маш, тоже хороша, подкидывала ребенку игрушки, сладости, а надо было…. Ладно, разберемся, — Мила протянула мне руку, я машинально протянула в ответ. — Моя рука — твоя рука! — Выдала сестрица, — с работы завтра же увольняйся.