Пара для дикого альфы (СИ)

Меня чуть не предало мое же тело! А этот негодяй прекрасно понимал, какое действие на меня оказывает! Он гладил меня, не испытывая нежности, играл на мне, как на чувствительном инструменте, и саркастически усмехался, видя, что инструмент откликается именно так, как должен. О, у Райана Штейна наверняка были десятки женщин, если он научился так обращаться с ними и чуть ли не доводить до экстаза парой прикосновений! В какой-то момент мне самой хотелось, чтобы он взял меня! Боже! Как я теперь буду смотреть в глаза всем тем, кто знает, как трудно мне далось решение о замужестве? Как смогу убедить Штейна, что он по-прежнему мне неприятен? Он видел доказательства обратного! Но я-то знала, что это всего лишь глупое тело, которому в самый неподходящий момент захотелось ласки!

И потом, его бесполезно в чем-то убеждать.

Он ясно дал понять, что я как личность ему неинтересна, и ему глубоко безразлично, что я к нему испытываю.

Вздохнула. Что ж, нет смысла убиваться. Что сделано, то сделано.

Моя глупая романтичная натура уже начала фантазировать, как бы развернулись события, если бы я выходила замуж по любви, и это любимый зашел ко мне в комнату. Или если бы даже все было так, как сейчас, но он оказался бы более приятным человеком… вернее, оборотнем. Подружки часто говорили, что мне нужно писать романы… Но теперь подружки перестали быть близкими людьми. А я вдруг задумалась, не написать ли книгу, изливая в ней свои фантазии о том, как может сложиться вынужденный брак с мужчиной, который окажется хоть немного более чувствительным и добрым.

Он бы постарался меня утешить, успокоить. Убедил бы в своих добрых намерениях, даже если бы ничего ко мне не чувствовал. И если бы приласкал, то не затем, чтобы поиздеваться, а просто, чтобы сделать приятно…

Наверное, кто-то или что-то ожесточило его. Ведь не может мужчина быть таким бездушным всю жизнь! Стало жгуче интересно, что с ним случилось. Ладно, какая разница.

Снова вздохнув, я вынула из коробки принесенное им платье и натянула на себя.

Помедлила, прежде чем шагнуть к зеркалу. Нервно оглянулась на дверь. Но Штейн уже сделал свое черное дело и повторно появляться не собирался.

Затем я взглянула на свое отражение и замерла.

Платье облегало высокую грудь и тонкую талию, как вторая кожа, а складки юбки сами собой красиво легли на бедра. Оно достигало колен. Ноги казались поистине точеными, хотя я даже не встала на каблуки.