… Para bellum!

 – через 3 месяца после начала «войны»! Это что – «война всерьёз»?

В Дюнкерке 300-тысячная британская армия бросила своих союзников французов и бельгийцев, бросила немцам всё своё оружие и технику и удрала на острова. Это «война всерьёз»?

Зато англичане вполне «всерьёз» перегнали на Ближний Восток к весне 1940 г. эскадрильи, чтобы бомбить нефтепромыслы в Баку.

Недавно TV сообщило о юбилее: «… десять лет назад в тюрьме Шпандау в своей камере умер нацистский преступник Р. Гесс, и в Германии по этому поводу беспорядки».

Потому что это брехня. Десять лет назад последний заключённый тюрьмы Шпандау, охранявшийся исключительно англичанами, Р. Гесс, старик 91 года, немецкий офицер, для которого смерть в петле – позор, был «найден» повешенным во дворе тюрьмы в беседке. Англичане сообщили, что он «покончил с собой» и тут же сожгли беседку, не дав немецкой полиции провести следствие. Зачем – спросите вы – англичанам нужно было убивать этого древнего старика?

В мае 1941 г. Р. Гесс вёл с англичанами секретные переговоры, основные документы этих переговоров были засекречены Англией до 1987 г.

Вы скажете, что И. М. Кокцинский, владелец «конкретных знаний», должен это своё толкование подтвердить фактами. Неужели он их не даёт? Даёт.

«Дипломатические отношения между СССР и Королевством, несмотря на разногласия, не были прерваны. 18 апреля 1941 г. посол этой страны в СССР С. Крипс вручил нашему наркому иностранных дел меморандум, в котором говорилось, что в случае затягивания войны на неопределённый срок, Англия может придти к мысли об окончании войны с Германией на германских условиях. И тогда гитлеровцам откроется неограниченный простор для экспансии в восточном направлении …».

А где здесь, спросите вы, подтверждение тому, что «Туманный Альбион вёл войну всерьёз»? Ведь здесь наоборот – Англия угрожает нам, что заключит с немцами мир, и условия этого мира она от немцев уже получила – дать Гитлеру «неограниченный простор для экспансии» в СССР.

Но это вы так понимаете, а владелец «конкретных знаний», кроме этого, ещё и знаток тонкостей: «В переводе с „дипломатического“ языка на „человеческий“ эта фраза звучит как призыв о помощи» – пишет И.