… Para bellum!

А в случае с ливненской группировкой, он сразу назначает генерала Костенко командующим ударной группировкой наших войск, которые для этого ещё предстоит найти. Почему это признак полководческого профессионализма (кстати, в любом деле)?

Для того чтобы удар был единым, надо, чтобы все соединения и части находились под единым командованием и командующий ими не имел никакой другой задачи. Немцы в своих мемуарах чуть не высмеивают наших генералов за такую глупость – за введение в бой сил и резервов по частям. У них был принцип – если ты собираешься ударить по противнику, то бей один раз и так, чтобы он не встал.

Дальше – оборудование командного пункта и оборудование устойчивой связи с войсками. На Юго-западном фронте за потерю управления вверенными войсками с должности снимали без колебаний. Вот распоряжение Тимошенко командующему Южным фронтом: «Харитонову передайте: два дня пусть держит фронт – и ни шагу назад.

Но почему так строго? Немецкий генерал Меллентин в книге «Танковые войска Германии» в разделе «Первые впечатления о тактике русских» пишет о нас: «Только немногие командиры среднего звена проявляли самостоятельность в решениях, когда обстановка неожиданно изменялась. Во многих случаях успешная атака, прорыв или окружение не использовались русскими просто потому, что никто из вышестоящего командования этого не знал».

А Жуков в разгар боя забирает с командного пункта командующего армией и везёт его за 50—60 км в другую армию для «передачи опыта». Сам не командовал и другим не давал.

Но вернёмся к наступлению немцев на северном фланге Юго-западного фронта. Быстро собрав под командованием генерала Костенко, что возможно (около 20 тысяч в основном кавалерии), Тимошенко ударил под основание клина ливненской группировки немцев.