… Para bellum!

Этого противника тоже надо удержать от огня по танку и своей пехоте огнём оружия танка. Поэтому танк должен иметь возможность вести одновременный огонь, как минимум, в двух направлениях.

Танки начала той войны этой способностью обладали. Они могли идти вдоль траншеи, и стрелок из пулемёта в лобовой плите танка простреливал траншею перед танком. А башенный стрелок (наводчик пушки и спаренного с ней пулемёта), развернув башню на 900, простреливал тылы противника. (Когда немецкие танки шли над нашими окопами, то в некоторых случаях открывали люк в днище танка и радист из автомата простреливал окопы сверху вниз).

Нынешние танки на это не способны – у них всего одна огневая точка – пушка и спаренный с ней пулемёт в башне.

Ещё момент. Представим, что во время атаки, когда ваш танк утюжит основную траншею опорного пункта, отступающий пулемётчик противника в 300—500 м от вас перемахнул какое-нибудь шоссе и устроился за его насыпью. Вам видна только его голова и пулемёт, из которого он даст очередь и спрячется за насыпью, а потом вынырнет в 10 м справа или слева и снова даст очередь.

Если вы в современном танке, то вам надо ухитриться, управляя механизмами, поворачивающими многотонную башню и поднимающими-опускающими многотонную пушку со спаренным с ней пулемётом, подвести прицельную марку прямо под подбородок шустрому пулемётчику, пока он не скрылся.

"На современном танке очень мощная пушка калибра 125-мм, которая посылает снаряд весом около 30 кг с огромной скоростью. Этот снаряд на большое расстояние летит практически по прямой (по настильной траектории). Если снаряд отклонился вниз на 20 см от головы пулемётчика (даже если он и не успел её убрать), то разорвётся во внешней насыпи шоссе.