Падший

– Тогда ты меня научишь, – довольно кивает Валерия. – Взамен я научу тебя любому заклинанию магии земли, на твое усмотрение.

– Договорились, – согласно улыбается Арджун.

Она улыбается ему в ответ.

– А теперь, Себас, пришло время тебе извиниться за то, что ты ни разу не пришел ко мне за все десять лет.

Я почти что начинаю смеяться. А потом понимаю, что она вовсе не шутит. Она смотрит на меня внимательно и не моргает.

Я прочищаю горло.

– Lo siento, Tia Valeria[95].

– Я навещаю склеп твоей матери каждый год на ее день рождения.

– Это потому, что я никогда туда не хожу. – Нет смысла врать ей. Мой дискомфорт – лишь моя вина.

– Почему же?

Я не отвечаю.

– Сорок седьмой день рождения Феломены уже через несколько недель. В этом году ты пойдешь со мной. – Она делает паузу.

Я киваю.

– Обещаю.

– Хорошо. Обещания немало значат для таких, как он. – Она кивает на Арджуна. – И я надеюсь, что полукровка убедится в том, что ты свое сдержишь. Теперь, когда мы все обсудили, больше не будем говорить об этом.

Ореховый аромат поджаренного с мукой масла наполняет воздух. Несмотря на то что смертная пища теперь меня мало привлекает, я не могу не оценить запах. Он будит воспоминания. Озираясь по сторонам, я снова смотрю на ряд старинных книг, составленных над сковородками вдоль стены.

Одна мысль рождается в моей голове.

– Tia Valeria? – окликаю ее я.

– Да?

– Ты когда-либо читала о колдуне или ведьме по имени Сюнан? – задав вопрос, я слышу, как ворчит рядом со мной Арджун.

Она перестает помешивать соус, выражение ее лица становится беспокойным.

– Отчего ты спрашиваешь?

Я выпячиваю губы, раздумывая над ответом, и одариваю Арджуна недовольным взглядом.

– Встретил это имя недавно, пока читал кое-что.

– Ох, ты жуткий mentiroso[96], – фыркает Валерия. – Тебе следует научиться врать получше.

– Я ему то же самое сказал, – говорит Арджун. – Даже твоя проклятая змея врет лучше, чем ты.

Они начинают смеяться, пока я сердито на них таращусь.

– Что ты на самом деле хочешь узнать, Себас? – спрашивает Валерия. – Ты спрашиваешь, кто такой Сюнан или на что он способен?

«Он». Получается, Сюнан – мужчина. Уже что-то.

– Он вообще существует? – настаиваю я.