Падение Ворона

 – Пушка служебная или «левая»?

– Табельная, конечно!

– Я думал, канцелярским не положены…

– Важнякам выдают и гособвинителям по серьезным делам. А я несколько процессов по оргпреступности провела…

– Вон оно что… Значит, ты у своих в уважухе! Так чего переживаешь? Обезвредила опасных преступников! Рупь за сто, что это «кустовики». Знают, суки, что в такую погоду их мусора поджидать не будут… А нарвались на прокурора Головко! Еще медаль получишь!"

"– Да какую медаль! – Марина заплакала. – Ты знаешь, что сейчас начнется?! Проверки, допросы, возбудят дело, отстранят от работы… Начнут выяснять, что я здесь делала, с кем… А потом, в лучшем случае – превышение пределов необходимой обороны, а в худшем – убийство… Практика такая… Меня выгонят, а может, посадят!

– Как Серого…

– Что? Какого Серого? А-а-а… Сравнил, тоже мне.

– Тогда медаль отменяется, «химичить» будем, – сказал Ворон. – Дай мне пушку.

Ворон аккуратно вынул патрон из ствола, вставил обратно в магазин.

– Надо хорошо вычистить. Магазин полный, но на ближайших стрельбах тот, который сверху, надо отстрелять – на нем номер партии другой. Поняла?

Она ничего не поняла, но кивнула – механически, как кукла.

– Ладно, сиди пока. – Он погладил девушку по гладкой горячей щеке. – В бардачке глянь, там должна быть водка или коньяк… Выпей, чтоб сердце не лопнуло…

Сам занялся гильзой.

– Видишь? – Он показал гильзу Марине.

– Угу…

Она уже обнаружила початую плоскую бутылочку прасковейского трехзвездочного коньяка и выпила залпом, как воду. В какую сторону это на неё подействовало, и подействовало ли вообще, определить было ещё нельзя.

– А пуля прошла навылет, ее не найдут.

– Найдут, – с пьяной уверенностью возразила она. – Ещё как! Место происшествие по групповому убийству! Тут такое начнётся! Пустят собак, пригонят солдат, принесут приборы… Столько следов накопают – мама, не горюй!

– Хорошо, тогда что надо сделать, чтобы никто ничего не искал? – удивляясь своему терпению, выяснял Ворон.

– Убрать трупы, оружие, кровь.