Отвергнутая целительница для Дракона

Оранжерея требовала особого внимания – комиссия обязательно захочет увидеть, в каком состоянии находится учебная база для занятий травологией.

Я проводила там долгие часы, пересаживая растения, обновляя защитные чары, проверяя системы полива и освещения. Каждое растение требовало индивидуального подхода – одним нужно было больше света, другим – особый состав почвы, третьим – специальные заклинания для поддержания жизненного цикла.

Особенно много времени уходило на приведение в порядок документации – журналов учёта редких растений, описей магических свойств, инструкций по безопасности.

Я часто засиживалась допоздна, разбирая бумаги при свете магических светильников. В такие моменты оранжерея становилась моим убежищем – здесь, среди шелеста листьев и тонкого аромата цветов, было легче справляться с непрошенными мыслями о человеке, который так внезапно ворвался в мою жизнь, перевернул всё с ног на голову, а потом просто… исчез.

Но иногда, в минуты слабости, я ловила себя на том, что прикасаюсь к губам, вспоминая тот поцелуй под звёздным небом.

Только работа спасала от этих мыслей, и я с утроенным усердием возвращалась к своим обязанностям.

День прибытия комиссии выдался на удивление солнечным. Три строгих архимага в официальных мантиях методично обходили академию, делая пометки в своих блокнотах.

Осмотр оранжерей прошёл на удивление гладко. Я с гордостью демонстрировала коллекцию редких магических растений, системы защиты и ухода, безупречно оформленную документацию.

Казалось, всё позади… Но ближе к ужину, когда комиссия уже заканчивала проверку, воздух прорезал душераздирающий крик, эхом разнёсшийся по территории академии:

– Помогите! Оно сошло с ума!

Все бросились на звук. Я мчалась впереди всех, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Распахнув стеклянные двери оранжереи, застыла в ужасе.

Дионея – моё экспериментальное растение, над которым я работала с разрешения ректора, превратилась в настоящего монстра.

Задуманная как усовершенствованная версия венериной мухоловки, она должна была стать естественным средством борьбы с насекомыми, обладая тонкими чувствительными щупальцами для более эффективной охоты.

Поставь в летнее время такой цветок на подоконник, и ни один комар не потревожит. Вот только сейчас растение вымахало до потолка и тянуло свои щупальца к студентам, словно они были мухами и комарами.

Его массивные ловушки, усеянные острыми зубцами, щёлкали в воздухе с угрожающим звуком.