Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

Удивительно, но эта несерьезная песенка ложилась на выступление даже лучше, чем выбранная ранее композиция. В припевах мы крутили элементы брейка и акробатики, в куплетах показывали связки. За реакцией зрителей наблюдать было некогда. Последние аккорды. Начались сальто с поддержкой с высокого прыжка, я последний. Разбег, прыжок — точно в ладони Федосова, подставленные лодочкой. Мощный толчок, переворот в воздухе, приземление, разворот на сто восемьдесят градусов и снова — всей группой фляг назад.

На следующий день я, очумевший, пришивал к погонам вторую лычку. За отличную показуху приказом «кэпа» нам накинули по полоске.

Эпилог

Каплейт, мирно попыхивая так полюбившейся ему вишневой трубочкой, сидел рядышком с моим столом и давал ценные указания. Я расчерчивал ватман для написания заголовков, размачивал перья и открывал пузырьки с тушью.

— Что, Эндрю, печалишься? Али плакаты да конспекты рисовать надоело?

— Никак нет, тащ каплейт, все нормально! Болев сегодня письмецо с Одессы прислал с берега — весело у него там, в институт свой едет восстанавливаться.

— Аа… толковый старшинка, очень толковый… а ты-то чего надумал после схода?

— Ничего, тащ каплейт. Вообще не думал.

— Ну а зря. Вон Зеленов — тот обратно в спорт. Сейчас уже его во флотскую сборную на выступления задолбали дергать. Саша Федосов в институт морской торговли и транспорта поступает, да и у остальных планов громадьё.

— А я не думал. Не хочу я в институт. Я пока погуляю, ну дома там… ээ…

— Ага, по тебе видно — погуляешь, побухаешь и заскучаешь. А потом тебе станет невыносимо грустно и захочется куда-нибудь обратно…

— Куда?

— В армию, Эндрю, в армию! На флот, в разведку, на выход в сопки, в море, пить кофе с котелка, ночью не спать.