Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

— Ааа… еп…ть!! — воскликнул капитан третьего ранга Чернокутский, — вот тебе на, а я смотрю: на кого ты похож!! Ты что тут делаешь?

Я скромно промолчал. Вопрос о моем переводе к другому месту службы в течение нескольких недель после принятия присяги дальше уже решался без меня.

Хромов, услышав о моем переводе, заскучал, но потом довольно крякнул:

— Эх, каких кадров не для себя растим, будешь ты теперь не морским пехотинцем, а водолазом. Крепись, там у них такая жопа…

Оставшиеся недели со мной носились как с писаной торбой: особист оформлял на меня какие-то бумаги, я с Синельниковым ездил во флотский госпиталь на медкомиссии, а в остальном меня начали гонять еще больше.

Синельников даже немного мне завидовал:

— Эх, хоть у них там и полная жопа и гоняют их на выживание, будь я молодым, как ты, я бы не раздумывал даже — подготовочка у них дай бог, в лесу выбрасывают на выживание с одним ножиком, они там то кору жрут, то на коз охотятся.

И поэтому, чтобы «нас не припозорить», меня отдельно от всех стали гонять еще и в полном комплекте химзащиты. Старшина залез в баталерку (каптерку), вытащил откуда-то из недр огромный резиновый рюкзачище с клапанами для спуска воздуха и торжественно вручил мне его.

— Будущему водолазу от командного состава роты!!! — провозгласил он под тихий смех моих сослуживцев.

"«МГэшка» (мешок герметичный) оказалась куда вместительней обыкновенного вещмешка. Теперь я под смех своих сослуживцев таскался везде с этим рюкзаком, снимая его только перед походом в столовую. Набили мне его наполовину щебенкой, наполовину всяким ненужным хламом, клапана стянули стропой и опечатали мастичной печатью старшины, так что наполовину облегчить груз никак не получалось.