«Отпуска нет на войне». Большая Игра «попаданца»

 — Рад, что все откликнулись на мой призыв, и вдвойне рад видеть вас в добром здравии!

— Кого в добром, а кого и нет, — угрюмо проворчал Паркер. — Где ж его взять, твое здравие-то? Ты, Фрэнк, лучше б не здравицами кидался, а сказал Бланш, чтоб принесла нам по стаканчику джина, а лучше по два… У меня во рту, как в Неваде, а в голове полсотни дятлов джигу танцуют. Ежли сам не пьешь, так не дай другу с перепоя загнуться…

— А ты пей поменьше и пореже, — жестко бросил Бёрнхем, но просьбу Паркера о спиртном жене передал.

— Пойду, наверное, — с довольным видом крякнул Паркер, замахнув стакан одним залпом. — Че тут зимой еще делать-то? Золото во льду мыть? Так дураков ищи в Техасе, тут их не водится. А охота обрыдла уже. Куда идти-то собрался? Жилу нашел или опять кто-то с тюрьмы сбег?

Погладив себя по брюху, Малыш вновь потянулся к бутылке, но наткнувшись на укоризненный взгляд Бёрнхема, шустро отдернул руку и как ни в чем не бывало продолжил:

— Если погоняться за кем, оно совсем даже не плохо, все какое-никакое, а развлечение.

— Вот по этому поводу я и собрал вас, друзья мои, — одобрительно кивнул Бёрнхем. — Как вы смотрите на то, чтобы сменить обжигающий мороз Клондайка на палящее солнце Африки?

— Паркер прав. Зимой здесь от тоски или от спирта, а то и от обоих зараз загнуться можно, — задумчиво протянул Митчелл, коротышка обманчиво субтильного вида, не раз вводившего противников в заблуждение.

Хост и Картрайт — два приятеля, внешне похожие друг на друга, как скульптуры из мастерской одного автора: высокие, ширококостные, мускулистые и очень молчаливые, беззвучно обменялись многозначительными взглядами.

"— И в самом деле, Фрэнк, че за секреты-то? Знакомый черт всяко лучше незнакомого беса будет.