Разводить(ся) надо уметь

— Ну ты же сказала, что я могу получить любую по щелчку пальца, вот я и щелкаю! Давай уже соглашайся на переезд!

Говорит и снова улыбается, да так заразительно, так по-доброму, что мои губы сами собой растягиваются в ответной улыбке.

— А ты хочешь семью? — спрашиваю, глядя ему прямо в глаза.

— Хочу! Более того, я надеюсь, у нас с тобой она когда-нибудь будет!

От его слов мне становится тепло и приятно на душе.

«От добра добра не ищут… Может быть, он и правда мой черный лебедь? Другого всё равно искать не хочу, очень уж этот нравится».

Смотрю на Игоря и невольно представляю, как он покрывается черными перьями и трансформируется в лебедя… Хихикаю про себя, ему бы наверняка пошел такой карнавальный костюм.

Он тем временем выдает:

— А если ты беспокоишься по поводу разбитого сердца, Снежана, так я мастер клея! Ты мне только сердце свое отдай, а я уж его шустро в порядок приведу, вот увидишь!

— Ладно, мастер клея, клей! — отвечаю с улыбкой.

— Так ты согласна?

— Да!

Что я теряю, в конце-то концов?



Глава 45.

Снежана

Захожу домой и вдруг замечаю в прихожей обувь какого-то совершенно невероятного размера. Лыжи, а не туфли!

«Ничего себе…»

Из прихожей крадусь уже с опаской — вдруг из-за угла выскочит какой-нибудь гигант. Захожу в гостиную, а там… нет, гигантов там нет, зато перьев… Весь пол ими усыпан!

— Света, ты кого тут ощипывала? — спрашиваю громко.

В этот момент слышу из кухни какой-то нереальный грохот, бегу туда и застаю свою подружку в коротеньком кружевном халате лежащей на полу вместе с… представителем агентства «Фей»?! Кстати, на нем одежды не больше, чем на Светлане, — только джинсы, а майка почему-то висит на стуле.

Кроме них на полу живописно рассыпана клубника и валяется банка сливок. А волосы у моей подруги растрепаны так, словно она часами каталась на мотоцикле, ну, или на Игнате… еле вспоминаю, как его зовут.

— Э-э-э… Что вы тут делаете? — спрашиваю хрипло. — И почему лежите на полу?

— Мы упали… — пищит Светлана. — Ты в следующий раз громче стучи в прихожей, чтобы я слышала, когда ты приходишь…

— Извините, мне, наверное, пора… — басит мистер Руки-Базуки.

Он поднимает мою подругу с пола, звонко целует в щеку и говорит:

— Светуля, до вечера!

Надевает на свои чудо-плечи майку, а потом его как ветром сдувает, только перья по квартире летят.

— Значит, Светуля? — не удерживаюсь от вопроса.

— Ага! — отвечает она, при этом довольная, как кошка, объевшаяся сметаны или сосиски, что вероятнее.