Отпуск с прокурором

Я мысленно сжимаюсь: умеет же майор ворваться в личное пространство и испортить те крохи позитива, что я пытаюсь поймать в сложившейся ситуации!

Напряженно сглатываю.

— Что именно?

— Ваше дело закрыли, потому что на этом настоял Анатолий Хвостов?

— Да, мне потом об этом сказали, — хмурюсь. Нет, не хочу вспоминать, но выхода нет. Если преступник вышёл на охоту, надо быть предельно осторожными.

— Сегодня весь день наш аналитический отдел искал ваше дело в базе данных, но нам не удалось обнаружить никаких подробностей.

— Ещё бы! — горько усмехаюсь я. — Я слышала разговор похитителей. Они узнали, что я из полиции, и решили обставить дело как несчастный случай. Если бы я могла кричать, я бы кричала, но меня лишили способности говорить, передвигаться и видеть. Взрыв вызвал обрушение. Я осталась под завалами. Думаете, я просто так пряталась последние три года от всего мира?! Я — ошибка. Я не должна была выжить. И я знаю, что тот, кто за всем этим стоит, рано или поздно за мной придет.

Сердце начинает бешено колотиться, перед глазами всё темнеет. Мне с трудом удается держать себя в руках.

— Ась, всё в порядке. Мы рядом, — прорывается сквозь темную пелену спокойный голос прокурора, и я чувствую тепло, исходящее от его ладони, мягко поглаживающей мою спину.

Отчаянно киваю. «Со мной трое мужчин.

— Возьмите вот это — так, на всякий случай. — Майор протягивает мне газовый баллончик. — Если окажетесь в опасности, воспользуйтесь им сразу же. И помните: никому нельзя верить.

Я сжимаю в руке прохладный баллончик и прячу его в свою сумочку.

Глава 12

Ася

Организаторы приёма выбрали ресторан в центре города. К тому времени, как мы подъезжаем к ресторану, на парковке уже нет ни единого места – всё заняли роскошные иномарки гостей Анатолия Хвостова.

С третьего захода нам удается обнаружить место рядом со входом в ресторан, и водитель уверенно сворачивает в освободившийся карман.

Ключников и Кушаков выбираются из машины первыми. Лев подает мне руку. Оказавшись на тротуаре, ощущаю раскаленный дневным солнцем воздух. Ни дуновения ветерка. Все будто застыло в немой надежде на прохладу.