Отец для двоих

Забыл совсем, что недавно дулся на меня и обижался из-за того, что не беру его к папе.

— Макара выписывают, — говорю брату. — Он поедет к Степану, а потом к заедет сюда.

— Решила не ехать с ним? — интересуется, зная, что после Макара я должна была навестить Степу, но вместо этого стою здесь.

— Долгая история, — отмахиваюсь, не желая рассказывать брату о Жанне.

К счастью, Стас больше ни о чем не расспрашивает и уходит в дом, чтобы позвать Настю. Я приземляюсь на диван в беседке и, пока никого нет, прокручиваю в голове случившееся.

Вины за то, что происходит с Макаром я не испытываю. Он сам выбрал этот путь. Я не виновата в том, что он решил оттолкнуть меня и поступить, как ему тогда казалось, правильно.

— Я думала, Стасик шутит, — голос Насти отвлекает меня от раздумий.

— Я правда приехала.

— И скоро уезжаешь…

— Да. Макар за мной приедет.

Настя мотает головой и садится рядом со мной. Чем она мне нравится — не пытается залезть в душу. Как-то так вышло, что мы с ней никогда не были близкими подругами и у нас не принято обсуждать острые темы.

Я вообще не приемлю советов. Моя писательская натура довольно прихотлива. Предпочитает тишину и самокопание. Мне легче принимать решения в одиночку, хотя вот моей подруге Лере нужен разговор, так ей легче понять, что делать дальше. Да и Настя любит советоваться. Иногда я ощущаю себя немного пришибленной. Наверное, это удел всех авторов быть немного странными.

Мы многозначительно молчим, каждая размышляя о своем. Дети бегают по лужайке, где-то неподалеку чирикают птички, лает соседская собака. Я же погружаюсь в себя, в размышления. Перестаю слышать весь окружающий мир, прикрываю глаза. В моем воображении почти сразу возникает образ Макара и почему-то того, шестилетней давности. Со слегка вьющимися волосами и челкой, которая постоянно падала ему на глаза, с серьезным хмурым взглядом и легкой ухмылкой на губах.

Я вспоминала его именно таким, так как запрещала себе искать его в социальных сетях. Я не хотела видеть, как он изменился, а сейчас понимаю, что с годами он стал только лучше. Шире в плечах, выше на несколько сантиметров. Его взгляд стал жестче, циничней, а той ухмылки на губах, которую я помню, больше нет. Макар возмужал, стал уверенным в себе мужчиной. Уверенным во всем, кроме меня. Я вижу эту толику сомнений в его взгляде, когда он смотрит на меня.