Отдана за долги

Но сейчас понимаю, что не могу. Не могу дать Ренату засунуть свой член в Милану. Там, в ней был лишь мой член и да, я опять хочу трахнуть ее.

Но один! Хочу, чтобы она отсосала. Но только мне!

Как это объяснить Ренату, если я и себе не могу это объяснить?! Не могу разобраться в себе. И не хочу.

Хочу просто, чтобы он не касался ее.

А Ренат тем временем опять нависает над Миланой. Но на этот раз она пытается отодвинуться. Видимо, какие-то отголоски сознания прорезаются сквозь пелену дурмана.

Он грубо хватает ее и я, не говоря ни слова, сильно бью его в бок.

— Сука, — слабо хрипит. — Живым не уйдешь.

Тянется к тумбочке. Наверняка, там у него травмат. Поэтому наношу ещё один удар. На этот раз в челюсть и Ренат падает к стене. Подхожу к нему и бью кулаком в солнечное сплетение. Чтобы обездвижить его на какое-то время.

— Прости, — произношу, когда он складывается пополам на полу и тихо стонет.

Я, сука, конечно, не прав.

Но я разберусь с этим и с Ренатом потом. Не сейчас. Сейчас у всех зашкаливает адреналин. Малейшая оплошность и кто-то может не выйти из этой ссоры живым.

Потом. Я все решу с Ренатом потом.

А пока поворачиваюсь к Милане. Накрываю ее краями покрывала, на котором она лежит, и прямо с ним беру ее на руки."

"Быстро, пока Ренат не пришел в себя, выхожу из квартиры. Сажаю Милану в покрывале на пассажирское сиденье и, вжав педаль в пол, мчу домой.

В голове возникает шальная мысль отвезти Милану к ней домой.

Но тогда не избежать общения с Костровым. Не отпускать же ее голой идти одной по подъезду.

К тому же неизвестно, как Милана перенесет отходняк. Судя по всему, принимает она впервые. А ее смерть в мои планы не входит.

Поэтому, обосновав сам себе этими доводами свое решение, везу ее к себе.

Изредка бросаю на нее взгляд. Она кутается в покрывало. Включаю обогрев.

Мы приезжаем ко мне. Действие препарата ещё не прошло, потому что Милана никак не реагирует на мой дом, который должен быть ее кошмаром.

Опять беру ее на руки и несу внутрь.

Кладу на кровать и стою над ней, оперевшись руками о кровать по обе стороны от Миланы.

Что дальше? Трахнуть ее? В таком состоянии? Удовольствие сомнительное. Мне больше нравится подавлять. Не уговаривать, а заставлять. А тут сейчас и ничего делать не придется.

И, пока я размышляю над решением, Милана решает за меня.