Отдана за долги

Временно, как ему хочется думать.

Жду отчет Эльдара.

Стас. По нему много вопросов. Я рассчитываю получить на них ответы в ближайшее время от службы безопасности.

Остается Милана Кострова.

Чувствую, как кровь ударяет в пах, когда в памяти всплывают ее испуганные глаза и я как будто снова ощущаю пальцами ее мягкую грудь и узкую влажную дырку.

Я должен ее увидеть и расспросить о Стасе. Уверен, смогу ее убедить рассказать мне все. Еще до того, как мне на стол ляжет отчет службы безопасности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

17.

Какое-то двоякое чувство зарождается во мне каждый раз, когда я встречаюсь с этим мужчиной.

Я боюсь его. Мне страшно. Остро ощущаю угрозу, исходящую от него.

Но не могу ничего поделать. Он подавляет меня. Лишает воли. Пытаюсь противостоять ему, но понимаю, что проигрываю.

Он делает то, что хочет. Я подчиняюсь ему. И он это отлично чувствует. Вижу это по его глазам. Слышу в его голосе. Его власть. Он знает, как управлять мной.

Не хочу подчиняться ему, но он сильнее меня. Не только физически, но и морально.

Рассказать отцу? Я думала об этом много раз. Но знаю, что у него серьезные проблемы. Отец часто говорит, что вся надежда на этот проект с Дамиром.

Поэтому угрозы последнего я воспринимаю всерьез."

"А что, если рассказать Стасу? Надо было сделать это тогда, в самый первый раз. Когда он в машине прошелся по всему моему телу, словно оценивая, как товар.

Но я не сказала Стасу. Побоялась.

А теперь? Что я скажу Стасу? Что его знакомый довел меня до оргазма в какой-то подсобке? Это же был оргазм? Стыдно об этом думать. Но и не думать не получается.

Я ведь и не особо сопротивлялась. Получается, сама виновата? Как сказать Стасу?

И Дамир ведет себя странно. Зачем он это все делает? Чего добивается?

Но еще более странно звучат его вопросы. Сейчас. Пока мы едем в машине. И я даже не спрашиваю, куда.

— У тебя была сестра? — спрашивает он после того, как я рассказала о знакомстве со Стасом.

— Да, — тихо отвечаю, — старшая. Лейла.

— Что с ней случилось? — он слишком серьезен для таких вопросов о членах семьи. Хотя этот мужчина никогда не улыбается.

— Она погибла.

— А Стас тут при чем? Почему он сообщил вам о ее смерти?

— Труп Лейлы, — и я вздрагиваю от этих слов. Опять накатывают воспоминания о похоронах. Слезы. Гроб. Экспертизы. Слова следователя о способе убийства. — Ее нашли рядом со спортивной школой Стаса. При ней был паспорт.