Отдай моего сына

А я облегчённо понимаю, что Валид не сдал меня с потрохами. Интересно, почему?

— Я так рад, что с тобой всё обошлось.

Муж оборачивается ко мне, обнимает и прижимается губами к уголку моих губ. Не целует. Нет, он никогда этого не делает. Мы не целуемся, не спим. Даже секса у нас не было. Иногда держались за руки, и всё.

Но вот я понимаю, как сейчас это выглядит для Валида… Который стоит за спиной Касима. Видит, как он впивается мне в губы и целует.

А я только на мужчину смотрю.

И дрожь по всему телу проносится.

О нет… Он ведь ничего не знает.

И почему-то сейчас мне хочется ему всё рассказать. Что ребёнок его. И я готова это сделать, только бы Касим ничего не получил.

Конечно же…

Лучший способ отомстить — отобрать у него власть.

Это ведь гениально!

Только вот… Валид смотрит странно. Я не вижу ярко-карей радужки. Глаза чуть расширены, губы плотно сжаты, а желваки на скулах ходят ходуном.

Он неожиданно отрывается от стены и уходит, громко хлопнув за собой дверью.

Я вздрагиваю и тут же чувствую, как Касим отстраняется.

— Я тоже пойду, — кивает. — Отдыхай. Завтра заеду за тобой.

Я натягиваю улыбку. Киваю. И машу слабо ладонью.

И понимаю одну немаловажную вещь. Касим ни разу не дотронулся до моего живота. Не погладил его. Даже сейчас, когда ему сказали о всевозможных угрозах, он… никак не отреагировал. Понятно, что ему плевать.

И почему я не заметила этого раньше?..

Глава 11

Валид

— Брат, стой, — Касим окрикивает меня. Лучше бы он этого не делал.

В такие моменты я всегда мечтаю выпить. Напиться. Успокоиться. Но нет. Всё, что могу себе позволить — чашку чая с ромашкой, твою мать.

Касим догоняет меня и начинает постоянно что-то говорить.

— Чёрт, за Рору так боюсь.

Рора.

Рора…

Я её так же называл.

И мне нравилось.

А сейчас из его уст это имя кажется мне… не таким милым, как раньше. Когда его говорю я — всё нормально. Когда другой — кривлюсь.

— Нормально всё с ней будет, — рявкаю. Сам себя не понимаю.

— Да. Мне она важна. И ребёнок. Никакой статус не заменит их.

Да ладно?

Мой брат, который поссорился с отцом ещё лет десять назад и проявил характер, вдруг сорвавшийся в Россию, и который хочет отомстить ему, — теперь вдруг стал хорошим? Не верю.