Отборная попаданка архидемона 2

На глазеющих на него демониц он внимания совершенно не обращает, а они, бедные, рискуют захлебнуться слюной.

Другие невесты быстренько устраиваются за свободные столики. Короткорогие вышколенные официанты разносят меню, интересуются, нужны ли рекомендации. Все чинно, отработано, и эта четкость, а так же как минимум видимость уважительного обращения, вдохновляет девчонок, они выпрямляются, из взглядов исчезает затравленное выражение.

Манакриза выбирает мясо. Принцесса яйца, мы же с Леонхашартом — кашу с фруктами, и заговорщически переглядываемся.

— Как я заметил, вы оседлали лорда Шаакарана. Как впечатления?

Ох, я оглядываю зал: на нас украдкой смотрят все демоны и в открытую все девчонки с соседних столов. Демоницы того гляди набросятся. Манакриза неопределенно пожимает плечами, и я перевожу взгляд на нее.

— Ездовые коты у вас хороши, — отвечает она, у Леонхашарта нервно дергается уголок губ.

Он молчит. Не злится, а скорее в ступоре от такой характеристики, должна же у них быть демоническая солидарность.

— Вы только при посторонних или на камеру это не говорите. — немного сдавленно произносит Леонхашарт. — Это будет воспринято, как оскорбление. Дело в том, что демонокоты не являются ездовыми, редко кому удается прокатиться на их загривках, это большая честь и… практически это принятие в семью, под защиту рода.

— То есть мы с Настей теперь названые родственницы Шаакарана? — уточняет Манакриза. — Можем после обучения переехать к нему и рассчитывать на его поддержку при устройстве на работу?

У Леонхашарта дергается бровь, выражение лица просто непередаваемое, словно он представляет мой переезд к котику.

— Архисоветник Леонхашарт, — мелодично зовет демоница, и у меня по коже пробегает мороз. Демоница останавливается рядом с нашим столиком. Ее стройность подчеркивают золотые узоры на черной броне, каштановые волосы короной оплетают роскошные рога, на красивом ухоженном лице играет улыбка, но направленный на Леонхашарта взгляд откровенно хищный.

Вот рогатая, поесть спокойно не дает, и смотрит на Леонхашарта так, словно мысленно раздевает. А мы с ним договорились не выдавать интереса друг к другу, и у меня нет формального повода… даже слово против сказать.