Отборная попаданка архидемона 2

«Ведутся технические работы. Записи с камер не ведутся».

Но дело в том, что технические работы проводили совсем недавно, при установке более современной охранной системы.

«Совпадение или нет?» — постукивая пальцами по лбу, Леонхашарт переходит в раздел техников узнать, кто оставил заявку на проведение работ. Получается, что заявку оставил попечительский совет.

Всего один звонок старому приятелю Хараанту Джати — и выясняется, что тот ничего не знает о заявке на технические работы с системой слежения.

«Это очень странно, — пишет Леонхашарт в диалоге с Настей. — Расскажи подробнее, пожалуйста».

Он смотрит на смайлик-сердечко на панели быстрого вызова. Сначала добавляет его к посланию, потом все же удаляет. И отправляет сообщение.

Ждет ответа. Но ответа почему-то все нет и нет, не появляется даже значок, обозначающий, что собеседник что-то пишет.

«Как было бы здорово, если бы Настя переехала ко мне…» — грустно вздыхает Леонхашарт.

А ответа все нет и нет.

* * *Вы когда-нибудь пытались разжать зубы почти двухметровой Саламандре? Не советую пробовать.

После неудачных переговоров и попыток лаской добиться возврата брошей, у нас начинается просто эпическая битва: летают подушки, одеяла, матрацы. Манакриза пробует себя в роли наездницы-укротительницы. Сбросившая ее Саламандра пытается привычно бегать по потолку, но теперь она тяжелая, срывается. И все равно упрямо не желает выплюнуть броши.

Мы, конечно, припрятали кристаллы с микрофонами в ванной комнате под ворохом полотенец и закрыли ее, но не уверена, что это полностью заглушает грохот и вскрики.

К нам даже стучатся с требованием прекратить шум, но Катари выглядывает в коридор и сообщает, что у нас тут драка за женихов, как закончится, так все будет тихо."

"В общем, у нас как бы развязываются руки для еще более решительных действий и Саламандру мы все же скручиваем одеялами, наваливаемся втроем. Что ничуть не приближает нас к спасению брошей: не открывает она рот и все! И никакими силами ее челюсти не разжать.

Не хочется нарываться на наказание из-за ее прожорливости, но…

Сдавшись, мы вчетвером усаживаемся на пол возле кровати.

Невидимая Саламандра усаживается напротив, на фоне стены только яркие глаза выделяются.

— И как мы будем объяснять исчезновение брошей? — первой спрашивает Катари.

— Скажем, что украли? — предлагаю я, не сводя взгляда с Саламандры. — А ну отдай!

Она знай смотрит… невинно так.