От винта! [Сборник]

– Нет, сейчас переговорим с американцами, и я назад, много работы.

Подъехал Уэйвелл со своей неизменной тростью.

– Добрый день, милорд! Я впервые вижу вас в русской форме! Ваши войска тоже все переоделись.

– Вы просили нас поскорее вступить в войну. Мы вступили!

– Иметь такого сильного союзника очень удобно!

– Ваши офицеры перестали ворчать: «Что делают эти русские во втором эшелоне?»

– О, да! Вот только ваши командиры немного иначе оценивают ситуацию, чем наши офицеры.

– И у кого лучше получается?

– Будто бы вы не знаете, милорд! А, вы хотите, чтобы я похвалил ваши войска? Да, маршал-оф-эйрфорс, они отлично экипированы, хорошо обучены и храбры.

Наконец прилетел Эйзенхауэр. Я попросил всех выйти, так как имею специальное поручение господина Сталина. Я передал письмо Сталина. Дуайт Эйзенхауэр бегло просмотрел его.

– В этом не было необходимости, мы же с вами знакомы. Но я вас слушаю.

– Товарищ Сталин хотел бы знать о ваших дальнейших планах, для того, чтобы скоординировать наши усилия на юге.

– То есть вы хотите сказать, что я могу рассчитывать на вашу поддержку в своих операциях?

– В той или иной мере.

– В планах нашего командования – высадка на Сицилии и в Италии. Но у меня для этого пока недостаточно сил и средств.

– Нас бы больше устроило, если бы вы высаживались в район Нарбонны или Марселя.

– Это невозможно! Геринг нам этого не позволит.

– Не думаю. У него сейчас других забот много. И это очень важное направление.

– Очень заманчивое предложение, генерал.

– Маршал. Маршал авиации.

– Извините, маршал. Я сообщу своему командованию о ваших предложениях и сообщу вам.

– Не мне! Товарищу Сталину. И, по возможности, быстрее. Мне поручено только провести с вами переговоры, и я немедленно вылетаю обратно. Ваш ответ я уже получил. Остальное нам с вами неподвластно!

Выходим из комнаты, я попрощался с остальными. Через пять минут два «мордатых» оторвались от земли и пошли на Кипр. Я доложился Сталину по ВЧ. Переночевали в Пафосе, в дзусовском полку.