Отбор для Короля волков

— Просто двигай рукой.

В живот словно вонзили горячий металл. Аглаю скручивало изнутри удовольствием, которое больше походило на пытку. Возбужденный и утративший человечность Дамазы, был самым красивым зрелищем, какое она когда-либо видела.

И неожиданно все мысли отступили на второй план. Его грубость, жестокость, ужасные угрозы и их нелепая сделка. Ей просто хотелось доставить ему удовольствие. Искренне хотелось. Она желала быть той женщиной, которая заставит его сходить с ума от наслаждения, рычать, стонать, кричать.

"Не взирая на весь ужас происходящего, ей хотелось, чтобы ему было хорошо. Чтобы это было самым потрясающим, что случалось в его жизни. И сколько бы не называл ее шлюхой, не переставал хотеть ее. Пусть мучается от желания к ведьме. Пусть сам сгорает в огне, которым грозит ей.

Аглая осторожно провела ладонью сверху-вниз, растирая по нежной бархатистой коже горячую смазку. Дамазы даже не пытался сдержать стон. Его бедра дернулись навстречу ее руке.

Она разжала ладонь, выпустила его плоть. Член качнулся, словно опять стремился попасть в плен ее пальцев.

Дамазы тут же грубо натянул ее волосы:

— Сожми снова!

В его лице больше не было человечности. Все тело едва заметно дрожало от возбуждения. Мышцы напрягались, на руках вздулись вены. Его тело еще больше блестело от капелек пота.

Аглая ощутила чисто женское удовлетворение от того, что это именно из-за нее он такой. Что это ее ласки доводят его до такого состояния.

Она осторожно сжала ладонью налившуюся кровью головку. Дамазы зашипел, как будто ему больно.

Аглая тут же разжала пальцы:

— Тебе не нравится?

Несколько секунд Дамазы молчал, тяжело вглядываясь в ее лицо. Аглае даже показалось, что он не расслышал вопроса.

Но красивые губы медленно приоткрылись, и он с трудом выдохнул:

— Делай все, что хочешь. Только не убирай рук. Я должен постоянно чувствовать их на себе.

Его взгляд остановился на ее губах. Кажется, он говорил не только о ладонях.

Нельзя об этом думать. Нельзя!

Аглая снова ласково сжала побагровевшую головку. Мужской стон был похож на рык раненого зверя. Она осторожно погладила небольшую щель в центре, и тут же из нее появилось еще несколько густых крупных капель.