Осколки тебя

— Если ты спрашиваешь о книжном магазинчике Джонсонов, то там чего только нет — даже перцовые пластыри и костюмы на Хеллоуин! Я покупаю у них комиксы. Мои любимые — «Неуязвимый» и «Черный молот», о таинственном городе Роквуд. Ты читаешь комиксы, Лена? Они клёвые!

Я мотнула головой:

— Нет, не читаю.

— А я люблю, хотя мой брат их терпеть не может. Говорит, что они для тупых. Так же, как карусели в парке развлечений и консервы с вареным горохом. Тупее этого — только петь псалмы в церкви, как поет Грегори Батлер.

А я ахнула.

— Неужели он такой грубиян?! Твой брат?

— Уф! — Алекс, улыбаясь, закатил глаза, и сразу стало все ясно. — Он — мое темное альтер-эго! Обратная сторона луны, на которую лучше не заглядывать. Он тот, кто на Хеллоуин всегда выбирает самый жуткий костюм, а доброму волшебнику предпочтет компанию Волан-де-Морта.

Что такое «альтер-эго» я не поняла, а спросить постеснялась. Мальчишка был постарше и держался уверенно.

— Ну, идем? — Алекс оставил велосипед в траве у дуба и повернулся ко мне. — Провожу тебя к магазину Джонсонов. Если сегодня за кассой будет стоять Рут, ты сама от нее не отвяжешься. У этой леди дар развязывать людям язык. Она и мертвяка разговорит! И не заметишь, как выдашь ей все свои секреты, а к вечеру о них будет знать вся округа! Не думаю, что вам с мамой это нужно.

— Нет, не нужно! — согласилась я и показала рукой на велосипед: — И что? Ты оставишь его тут просто так?

— Конечно. Здесь все знают, что это мой. Не переживай, пойдем!

Алекс оказался приятным собеседником. Он умел шутить, интересно рассказывал о Сендфилд-Роке, и уже через пять минут мы оба улыбались, направляясь вниз по улице.

— Лена, а сейчас надуй щеки, и чтобы ни случилось — молчи! Выберешь открытку и покажешь на нее пальцем — поняла? Я умею с этой леди разговаривать!

— Да! — на самом деле, я ничего не поняла, но весело хмыкнула своему новому другу и послушно набрала в рот воздух.

Внутри магазинчика ароматно пахло синтетической хвоей.