Осколки тебя

В гостях у сводного брата его девушка — шумная Алисия Паркс, и ее громкий, неестественный смех доносится сквозь тонкую перегородку.

Раздевшись, я иду в душ, переодеваюсь в домашние шорты, в футболку, и спускаюсь в просторную кухню, в которой горит свет, а у стола суетится мама. Она все еще в выходном узком платье, прикрывающем колени, а ее золотистые волосы красиво уложены на затылке. Только туфли сбросила и стоит босиком.

— Ой, Трескунок! Уже спустилась? Вот и хорошо, а то я уже собиралась к тебе подниматься.

Она улыбается мне самой мягкой на свете улыбкой, подходит и целует в щеку.

На столе стоят еще две тарелки, скорее всего для Николаса и Алисии, догадываюсь я. У отца сегодня была важная рабочая встреча в соседнем городе, на которую он взял с собой жену, а значит они наверняка поужинали тет-а-тет в ресторане.

Конечно, я бы могла приготовить себе ужин и сама (очень часто именно так и случается, когда дела отвлекают отца из города). Но маме нравится хлопотать на кухне, поэтому я признаюсь ей, что страшно голодна и что пахнет отлично!

— Как прошел сегодняшний день в школе? — спрашивает она, как обычно, наполняя мой стакан соком.

Я подхожу к столу и сажусь на стул. Беру в руку вилку и начинаю есть — горячее блюдо выглядит очень аппетитно. К тому же в присутствии мамы на душе сразу становится спокойнее и уютнее.

— Все хорошо, мам, — отвечаю с готовностью. — Мистер Вайман на собрании музыкального класса предупредил всех, что пора готовить концерт ко Дню благодарения. Помнишь прошлогодний концерт и смешной инцидент с Чаком Форси?

Мама тоже садится за стол и подпирает точеный подбородок ладонью.

— Конечно, помню. Было душно и жутко много народа. Бедняга Чак так разволновался, что когда подошла очередь соло его саксофона, он растерялся и просто спел гимн. Честно говоря, было весело.

Мама улыбается, а я киваю.

— Да, верно. А все потому, что мистер Вайман выбрал сложное произведение, и у Чака не получилось с ним справиться.