Ощупью в полдень

Стас вошел в купе, лег на полку, и стук колес электровоза слился с его первым хриплым сонным вздохом…

Вместе с ним в купе ехали трое: старичок бухгалтерского вида и молодая женщина с дочкой лет восьми. Девочка читала книжку «Сказка среди бела дня», старательно водя пальцем по строкам, мать вязала. Старичок непрерывно заглядывал в какой-то толстый справочник и все время что-то вычислял карандашом на бумажной салфетке, удовлетворенно похмыкивая время от времени. Отрывался от этого занятия он только для того, чтобы послушать по радио последние известия.

Тихонов, усевшись в углу, с удовольствием пил крепкий сладкий чай, немного пахнувший дымом.

Проводница снова открыла дверь, с сомнением посмотрела на него:

– Печенье брать, конечно, не будешь?

Чтобы немного поддержать свою поломанную на корню репутацию, Тихонов спросил:"

"– А бутербродов с черной икрой у вас нет, случайно?

– Не бывает, – гордо сказала проводница.

– Жаль, ах, жаль. Пяточек к завтраку сейчас было бы уместно. Несите тогда печенье.

Девочка оторвалась от книжки, посмотрела на Тихонова строгими глазами:

– Дядя, а ямщик – это извозчик?

– Извозчик, – кивнул Стас. – Извозчик-дальнорейсовик.

Старичок, прижав палец к губам, сказал:

– Тише!

«Маяк» передавал последние известия. Дослушав, старик улыбнулся, и лицо его, потеряв выражение озабоченности, вдруг стало добрым, почти ласковым. Он покакал на справочник и сказал торжествующе:

– Великая книга. Это сводный железнодорожный справочник за нынешний год.

– Действительно, очень интересно возить апельсины из Мурманска во Владивосток, – сказал Стас. Женщина с вязанием улыбалась. Видимо, старичок уже вдоволь побеседовал с ней на все темы и жаждал новой аудитории.

– Вот, посмотрите и убедитесь сами, – протянул он Стасу справочник.

– Сейчас, доем только печенье, – покорно сказал Стас. От ознакомления со справочником, видимо, было не отвертеться, Он полистал толстую, отлично изданную книгу – с картами, графиками, подробными расписаниями. Стас остановился на крупномасштабной карте-плане Киевской железной дороги, стал внимательно всматриваться и тихо охнул.