Оседлать и влюбить (СИ)

– Так, кости, кажется, целы, хорошо, – затем Антон приложился губами к моему лбу. – Как себя чувствуешь, Алекса? Не горячая, тоже хорошо, – прошептал Антон.

– Чувствую себя так, словно я врезалась в дерево, – честно призналась Антону, окончательно не отойдя от шока. Мне не давало покоя странное «видение». Тот мир казался мне реальным, настолько реальным, что… что я боялась скосить глаза и увидеть на земле знакомую худую ногу в необычном одеянии, ага, но ничего подобного рядом не было. И слава богу!

– Знаешь, Алекса, мне кажется, я погорячился, – по взгляду Антона я поняла, как сильно мой новый друг испугался за меня.

– Так. Слушай сюда, мой сентиментальный мордоворот, – я схватила друга руками за щеки, стараясь не думать о том, что сегодня бесстрашная библиотекарша в отпуске могла умереть – разбиться в лепешку, сплющиться, – ты не виноват.

"– Потому что ты чокнутая! – вот за что я люблю Антона, так это за то, что он говорит правду в лицо... – Ты сумасшедшая девка с ветром в голове и шилом в заднице… – а пока я думала о том, обидеться мне или обрадоваться, Антон выдал то, что мне давно хотелось услышать.

– Спрашивай! – Антон запрыгнул на Алису и сжал мою руку, только после этого ошалевшая публика ожила – все принялись свистеть и кричать, не жалея луженых глоток… Ну да, повод для таких оваций был – я перепрыгнула чертову груду металлолома.

– Кто такой Эруэль? – не успела я удивиться первый раз, как мне пришлось делать это снова, ведь Антон затрясся, как под напряжением, и бодренько соскочил с Алисы.

– Что не так? Она тебя укусила, что ли? – искренне удивилась я такой реакции.

– Тип того, – на серьезных щах ответил Антоша и почесал свою откормленную блинчиками задницу – блинчики всегда удавались мне лучше всего. – Что с тобой, детка?..