Оседлать и влюбить (СИ)

– Значит, твоя девушка шрамов стесняется, – с пониманием кивнул Иван на руки. – Я думал, что байкеры ничего не стесняются... Опять эти байкеры? Да ну не хочу я быть байкером!.. Не хо-чу. Когда я уже надену что-то нормальное? О-о! Снова стою в нелепых кожаных штанишках Антона. Да в них же можно было запихнуть четыре меня! Нет, Антон не был жырненьким – просто крупный сам по себе, породистый.

– А может не надо?.. – жалобно спросила я, понимая, что сейчас меня примутся дырявить в каком-то подвале, где заправляет не только бородатый, но и бедлам с антисанитарией.

– Это он шутит так, не нервничай. Иван быстро с тебя королевишну сделает, ты и опомниться не успеешь, – ну разве что, если он меня вырубит. – Зато потом будешь, как конфеточка! Давай, Алекса, соглашайся! Ты же у меня умница?..

– Что ты давишь на человека? Может, у нее есть принципы, – вот да, – или девушка иголок боится, – ага, после того, как я провела в больнице несколько месяцев, никаких иголок я не боялась.

– Делай давай! – я повыше закатала рукав и, сев на стульчик напротив Ивашки, зажмурилась.

– О, так тут шрамы совсем свежие! Не знаю... Я за такое не возьмусь, – услышав, что Иван не хочет со мной работать, я не могла уже сдерживаться – натянув рукава свитера до кончиков пальцев, я принялась раскачиваться взад-вперед и хлюпать носом.

Уф, я никогда так не материлась, как в тот день. Бить татуировки на обеих руках за одни сутки – это кромешный ад, но если бы Иван так не сделал, я бы на такое второй раз точно не решилась.

Хвала небесам, что за работу заплатил мой рыцарь-спаситель, мне осталось лишь придумать, как ему все вернуть – отпуск еще в разгаре, а отпускные я спустила на тортики, пиццу и салфеточки. Ем, реву и сплю – полный инклюзив. Родители мне бы такого не позволили – мигом бы отправили к Глебу, чтобы мирилась с изменщиков и выкуривала наглую Ниночку.