Оседлать и влюбить (СИ)

 – признаюсь, что настолько страшно мне никогда еще не было, даже вчера, когда я убегала с собственной свадьбы на чужом моцике, предварительно стащив ключи из кармана друга бывшего мужа. – Есть что-то такое, о чем мне нужно знать, но ты пока не решился сказать об этом? – лучше спросить сразу. Я-то понимаю его настрой – говорить спокойно, все приукрасить, максимально меня успокоить. Но что меня там ждет на самом деле? Вдруг у них проводят страшные байкерские бои – что-то наподобие гладиаторских, но только на мотоциклах.

– Такое есть… Но тебе не стоит соглашаться проходить посвящение, Алекса! Черт, я бы тебе, Саша, рекомендовал наотрез отказаться от него, – хм, оказывается, так можно?.. – Да, ты потеряешь уважение, но если ты… – терять уважение, снова, я не собиралась, – если ты согласишься, то потеряешь гораздо больше. Поэтому у меня нет морального права просить тебя участвовать в состязании.

– Я что-то придумаю, Антон. Не переживай, – по-моему этот заезд был очень важен для него. Возможно, трусливый «братик» мог окончательно разрушить репутацию Антона, который и так себя подставил, оторвавшись от стаи по непонятной причине. – Думаю, все будет нормально. Первый блин комом, но потом я поднатаскаюсь – ты еще просить будешь, чтобы я научила тебя некоторым трюкам, – оу, морально я была готова столкнуться лицом к лицу со страхом, но только до того момента, как услышала слова Антона.

– Алекса, не нужно строить из себя героя. Блины – это хорошо, – мне казалось, я услышала, как Антон облизнулся, – но в нашем случае ком получится не из них, а из…

– Я поняла! – мне нужно было перебить Антона, ведь настраиваться на проигрыш – заведомо неправильная тактика. Конечно, я не видела себя на байке, выполняющей сложные пируэты, но и играть роль трусливого зайца я тоже не собиралась.

Глава 12. Где твоя гордость, чувак?

Заброшенный склад мне не понравился сразу, о да, как только я вышла из такси, оплаченного деньгами Антона, которые он мне предоставил. Тут пахло бензином. Двигатели ревели словно кто-то разъежал без глушителя. Было трудно вдыхать воздух – он казался другим, скорее всего, из-за высокой концентрации адреналина, выделяющегося у меня изо всех мест.