Оседлать и влюбить (СИ)

Надеюсь, он придаст тебе сил, ведь нам давно пора отправляться, – ага, сейчас. Никуда я с ним не пойду! Не хочу и не могу. Пускай только притронется… Я ему все руки повыдергиваю, ага, все две. Я смогу. Не верите? – Возможно, я был груб с тобой, – ничего себе. Это он извиняется? – Но ты сама виновата, дева, – ну да, ну да. – А теперь, когда мы все выяснили, – я вот не выяснила, – нам пора отправляться, – да я даже подняться не могу, а тут идти… Ничего у нас не получится – он упрямый индюк, а я простоя девочка.

– Нет, я никуда не пойду! – задрала я подбородок и крепко прижала к себе рукой эльфика.

– Это еще почему? – ого, я еще не видела такого неподдельного изумления. – Нам пора! Не заставляй меня тебя упрашивать. Это ниже моего достоинства, – о-го-го, ничего себе, какие оборотни, оказывается, важные.

– Да я не могу идти, дубина! – не на шутку разозлилась я, рискуя получить по заднице. – Не. Мо. Гу! Понятно тебе? – хорошо, что у меня нормальная реакция – я успела обхватить эльфа до того, как оборотень меня поднял на руки.

– Ай-ай! Что это ты делаешь?! Не прикасайтесь ко мне без разрешения! – похоже, мои слова изрядно рассмешили оборотней – ага, смеялись они так, словно впервые услышали анекдот."

"– Ладно. Тогда пойдешь сама, – я сразу передумала, когда поняла, что меня сейчас поставят на ноги. О нет! Нет-нет-нет. Я уже передумала. – Что? Передумала? – ага. – То-то же. Хе-хе. Оказывается, ты бываешь смирная! – нет, он точно надо мной измывается... – Хватай крепче свой талисман и поехали… – м-да уж, талисманом эльфу до этого быть не приходилось.

Но я думаю, ему понравится. Только торчать у меня под мышкой Эруэлю почему-то не нравилось. Вот ни чуточки. Ни на полграмминочки – тогда суровый незнакомец свистнул друзьям, чтобы они вернули мне сумочку, в которой удобно мог расположиться вертящийся оцелот. – Ладно. Ты готова?! Поехали!

– А-а-а! – визжала я как резанная, когда меня слегка подбросили, чтобы взять поудобнее. Ну а затем меня бесцеремонно прижали к крепкой, пахнущей родниковой свежестью груди.

Ох, я бы не сказала, что мне это не понравилось, но вид, что мне не понравилось, я сделать была просто обязана – чтобы тут всякие хамы ничего не подумали. – Я, конечно, не могу идти, но и нести меня я у тебя не просила, – похоже, ему было все равно. Незнакомец еще один разок меня подбросил и стал отдаляться от своих друзей. Что же, ему придется не особо сладко. У меня хотя бы есть оцелот, который непривычно молчал, словно илистой воды нахлебался.