Право на счастье

Да, она смертельно боялась, но продолжала упрямо настаивать на своем. Робкие неумелые поцелуи окончательно возбудили его, смели внутренние сомнения, и он повалил ее на кровать, подмяв под себя напряженно-покорное тело.

В какой момент все изменилось? Сейчас он мог сказать совершенно четко. Это тогда он ничего не понял, а теперь с точностью до мгновения знал, когда в его жизни появилась Кэти. Когда губы лежавшей под ним женщины сделались не просто сладкими – умопомрачительно сладостными… Когда он начал пить ее дыхание, судорожно втягивал его, глотал… и никак не мог напиться.

Когда захотелось не просто снять напряжение, сбросить излишки силы, а отдать все – в уверенности, что взамен обретет намного больше.

Она не принадлежала ему по закону, не проходила ритуала, и он сдержался, не стал выплескивать накопленную энергию – представлял, чем все для нее закончится. Но и без этого получил такое удовольствие, какого никогда не испытывал ни с одной наложницей. Впрочем, на следующее утро, поразмыслив на трезвую голову, решил, что девушка здесь ни при чем – просто первая в его жизни сирра.

Райс объяснял, что с ними все иначе, не так, как с простолюдинками. Скоро у него появится наида, и все повторится. Нет, будет лучше. Арвит привез на День выбора воспитанницу, она необыкновенно хороша, не то что это бледное недоразумение…

Мужчина выдохнул и снова склонился над тетрадным листом.

«Есть поступки, за которые мне до сих пор стыдно, но вы должны знать о них, чтобы избежать тех же ошибок».

Строки ровно ложились на бумагу, а он продолжал вспоминать…

Встреча перед самой помолвкой.

Тогда его все раздражало. Он подозревал Эктара в хитрой многоходовой интриге, негодовал, что Катэль позволила втянуть себя в грязные планы Ритана. Надеются, что он сжалится над умирающей и введет в свой дом эту расчетливую девицу? Собираются им манипулировать? Не выйдет. Досадовал, свирепел и… никак не мог отделаться от желания ее увидеть. Так и не сумел забыть ощущение шелковистой кожи под пальцами, нежность подрагивающего под его напором рта, вкус поцелуя.

Не выдержал, пришел… Что-то презрительно цедил, обвинял, требовал признаний, а сам не выпускал Кэти из объятий, опьяненный упоительным ароматом и таким манящим теплом. А потом прикоснулся к губам, и его точно молнией пробило. В паху стало тяжело и горячо, а кровать в этой убогой комнатушке показалась самым подходящим местом, чтобы овладеть девушкой. Взять ее немедленно, сейчас… Он тогда практически сбежал, чтобы не поддаться искушению.