Опомнись, Филомена!

Вскоре к разговору подключились уже все горничные, а Лу даже сбегала в кабинет за пером и бумагой, чтоб делать заметки.

Констанс принесла поднос, рядом с кофейной чашечкой на нем лежал конверт.

– Вам письмо, донна догаресса, – сказала горничная. – Его передали из почтовой службы.

– Спасибо.

Отпив кофе, я мокрыми пальцами надорвала конверт. На нем значилось мое девичье имя, почти полностью совпадающее с именем отправителя. Это было письмо от Филомена. Он писал мне время от времени, не часто, но с приличной регулярностью.

Ну и где же нынче бороздит волны мой самый старший братец? Я любила его описания далеких стран и диковинных животных. Иногда в посланиях обнаруживался засушенный экзотический цветок или лист растения забавной формы. В этот раз, кроме чернильных строчек, в письме ничего не было, но, прочитав их, я счастливо воскликнула:

– Филомен плывет в Аквадорату! При попутном ветре он будет здесь уже через десять дней!

И хмурое утро наполнилось радостью.

Мой капитан Саламандер-Арденте, как же я соскучилась. Я не видела его синих глаз уже так давно, не трепала его рыжих волос и не смеялась его мальчишеским шуткам. Хотя, наверное, в его почтенном тридцатилетнем возрасте ребячество осталось в прошлом. Забавно, мой брат и мой муж – почти ровесники. Интересно, как Филомен воспримет мой фальшивый брак? После столицы Филомен собирается посетить родителей, и мне нужно будет передать с ним письмо, полное объяснений и оправданий. Гнева отца я не опасалась, зная его отходчивость, а вот матушка может разозлиться не на шутку.

– Ты пригласишь синьора Саламандер-Арденте пожить с тобой во дворце? – спросила Маура.

– Это вряд ли будет удобно. У нас есть дом в столице, помнишь, я тебе говорила? Думаю, Филомен остановится там. Ах, какая новость! Я хочу рассказать ее Карле. – Расшалившись, я плескалась водой и махала руками. – Почему донна Маламоко не приветствует по утрам свою догарессу?

– Тишайший Муэрто запретил ей переступать порог твоей спальни, – сообщила Маура.

 – О причинах не спрашивай. Это приказ, Карла его исполняет.

Стронцо Чезаре! Но даже его нелепые приказы были не в состоянии испортить мне настроение.

Не видя ничего вокруг от обуревающих чувств, я оделась.

– Завтрак?

– Ваша саламандра, донна догаресса. – Ангела подала мне Чикко. Горничные уже не боялись брать мадженте голыми руками.