Опомнись, Филомена!

– Что здесь произошло? – встревоженно и запыхавшись, вопрошала сестра Аннунциата. – Ваша серенити!

Чезаре распрямился, отчего солнце меня ослепило.

– Донна догаресса упала в воду, – сообщил дож. – К счастью, бравый синьор да Риальто вовремя бросился ей на помощь.

Говорил супруг с нажимом, направленным на кого-то конкретного. Я повернула голову. Пляжик оказался запружен людьми. Кажется, здесь собрались все ученицы и учителя, гвардейцы. Последних стало больше, если в глазах у меня не двоилось после ушиба.

– Какая доблесть, синьор да Риальто! – Директриса бросилась Эдуардо на грудь.

Тот был мокрым и растерянным, но нашел в себе силы поддержать сухонькую монашку:

– На моем месте так поступил бы каждый.

Тут я увидела Карлу. Она стояла поодаль, наблюдая.

– В благодарность за спасение супруги, – процедил дож, – мы даруем синьору Эдуардо должность губернатора островов Треугольника.

Кажется, подарок новому губернатору не понравился. Он сморщился, как малыш, готовый заплакать. А я обрадовалась. Быть губернаторшей, наверное, лучше, чем сидеть в золотой клетке под присмотром командора да Риальто.

Опомнись, Филомена! Ты все еще хочешь замуж?

Да.

После всего, что произошло? Этот мужчина проиграл тебя в карты.

Это я как-нибудь переживу, прикрываясь сентенциями, что такова женская доля, – прощать мужьям ошибки.

Он чуть не убил тебя!

Это вообще случайность. Человек не умеет плавать, разумеется, он запаниковал и перестал себя контролировать.

А кто тебя спас?

Наверное, Чезаре? Судя по тому, что он вымок до нитки… Но это не повод предать любовь.

Муэрто – хороший пловец. Да я бы сама вытащила парочку утопленников, не ударься о камень. Эдуардо – благородный синьор, а Чезаре – ловкий интриган.

Тогда почему благородный да Риальто не признается всем, что он не спаситель, а спасенный?

Потому что дож его переиграл! Манипулятор обставил все таким образом, что признание теперь равнозначно позору.

Во время внутреннего монолога Чикко взобралась на меня, пощекотала хвостиком лоб и замерла у уха.

Отчего-то ее лапки на мочке стали жирной точкой в размышлениях. Синьорой да Риальто я не стану. Никогда и ни за что. Карты, недалекость, осторожность, граничащая с трусостью, – эти грешки простительны. Но Эдуардо не любит саламандр! Нам не по пути."

"Решено. После развода с Чезаре я покину Аквадорату и начну новую жизнь на материке или на одном из островов-колоний, избегая островов Треугольника, разумеется. Я стану заводчицей саламандр, продолжив фамильное дело.