Операция \

За знатное происхождение в парижском магазине ничего не купишь.

Вячеслав Рудольфович достал из папки несколько бумаг.

— Может быть, это подойдет. Взяты у господина, который пытался перейти финскую границу. Он хранил их под подкладкой пальто.

Кулагин взял поданные листки. Это были коносаменты, документы, удостоверяющие принятие груза к морской перевозке, выданные на предъявителя. По таким документам можно было получить отправленный груз в полную собственность.

— Интересно… Порт отправления Бизерта, порт назначения Архангельск.

Странный маршрут…

— Странного ничего нет. Посмотрите на время отправки. Тогда в Архангельске сидел генерал Миллер, а ему помогала Антанта… Мы проверяли — груз до Архангельска не дошел. Наше наступление помешало. Возвратился он назад, погиб в море или застрял где-нибудь в европейском порту, мы не знаем. Без коносаментов груз никому не могли выдать.

— Предлагаете поехать в Европу на розыски груза?

— По-моему, версия подходящая и привлекательная в том плане, какой мы намечаем.

«Дюк Ришелье» был загружен не боеприпасами, а военной амуницией. Ботинки и прочие вещи требуются и в мирное время.

— С владельцем коносаментов бы побеседовать.

— Увы. Тут нас опередил элементарный тиф. Установили только, что фамилия его Арбенов. Рядовой инженер одной оптовой фирмы, которая занималась во время войны поставками материалов для армии. Коносаменты попали в его руки случайно, и он решил на этой удаче заработать… При подготовке плана сугубое внимание обратите, пожалуйста, на детали и обыденные подробности.

К сожалению, на таких мелочах ловятся чаще всего. А мы должны исключить возможность провала операции. Это трудно, но не невозможно. Главное достоинство чекиста такое же, как у маятника — не в быстроте хода, а в его точности. Вот эту точность проработки деталей необходимо обеспечить при подготовке плана операции… Вероятность провала? По статистике, люди много чаще гибнут в железнодорожных катастрофах, чем гибнут хорошо подготовленные разведчики.

— Не говоря уже о болезнях и прочих случайностях, Вячеслав Рудольфович, — впервые за всё время беседы улыбнулся «инженер Арбенов».

С таким паспортом через некоторое время сел в поезд, следующий на Гельсингфорс, невысокий светловолосый человек в скромном костюме-тройке и фетровой шляпе с широкой лентой.

ГЛАВА 3

Заседание Торгпрома

В доме на Плас Пале Бурбон всё было прочно и солидно. Блеск резных панелей гармонировал с мраморным мерцанием лестниц и колонн.