Операция 'Одиночество'

За что?

- Почему это вас так интересует?"

"- О, не думайте, что я выполняю его задание! - расхохоталась Рами, увидев озабоченное лицо полковника и тем самым вгоняя его в краску - Нет, серьезно. Он, разумеется, попросил меня уделить вам побольше внимания, но это его стандартное ""поручение"", и я не отчитываюсь перед ним, по крайней мере - тут она сделала многозначительную паузу, которую Рейкер, при желании, мог истолковать более чем двусмысленно - По крайней мере в том, в чем не считаю нужным. А что касается моего интереса, то все очень просто.

Я часто задаю подобный вопрос. Одни говорят о страхе, другие - и поверьте, таковых немало о ненависти, неприязни и других подобных чувствах. Вы первый заговорили об уважении. Ужасно интересно, чем может папочка заслужить уважение такого как вы. Обычно полицейские ищейки вызывают в лучшем случае презрение, а то и неприкрытую враждебность.

Рейкер вновь задумался, в душе решив быть искренним почти до конца. Сейчас он перепроверял свои чувства к Брассу и постепенно приходил к выводу, что действительно уважает графа, несмотря на то, что во всей Империи сейчас у него нет более опасного врага.

- Видите ли, граф - профессионал. Я не могу не относиться с искренним уважением к рекну, который в работе успешно совмещает два принципа ""желаю"" и ""умею"". Знаете ли... Рами, в армии много тех, кто слишком часто говорит ""желаю"", хотя по умственному уровню многие рядовые солдаты на голову их выше. В то же время есть немало умных и образованных специалистов, которые с удовольствием будут плевать в потолок, как только им представится такая возможность, вместо того, чтобы применять свои знания там, где они нужны.

- Наверное, вы правы - задумчиво сказала Рами, облокотившись на перила и рассматривая раскинувшийся вокруг город, погруженный в сумерки и расцвеченный тысячами огней. - Да, папа всегда был профи... Работа прежде всего, прежде семьи, прежде меня, прежде мамы... Когда мама умерла, он, кажется, даже этого не заметил.

Только работать стал больше. Вы не будете возражать, полковник, если мы сбежим отсюда. Я устала, проводите меня домой.

- Конечно, графиня...

- Называйте меня Рами, полковник. Я люблю свое имя. Его дала мне мать, папе оно никогда не нравилось.

На свою виллу Рейкер попал только утром - оказалось, что Рами совсем не так уж и устала. Пожалуй, за последний год это была первая рекни, с которой он был близок, и сейчас полковник прислушивался к своим чувствам.