Операция 'Одиночество'

Алмейда отдал приказ, и все четыре мезонных пушки почти в упор ударили по нападавшему, однако к несчастью, попадания были недостаточно точными - лучи сорвали остатки защитных полей, в трех местах пронзили корпус насквозь, превратив рубку управления в пар вместе с теми, кто там находился, однако авианосец, представлявший сейчас скорее кусок металла с двигателями, чем боевой корабль, продолжал двигаться вперед.

- Мы не успеем убраться с дороги - спокойно заметил Сергеев. - Столкнемся, как пить дать.

- Не каркай. Внимание всем пусковым, бейте ""смерчами"", всеми, что остались. Огонь!

Рой ракет ударил в лоб надвигающейся громаде, однако в данный момент взрывы не производили нужного эффекта - почти половина корабля была разнесена на атомы, однако остаток - довольно массивный - продолжал надвигаться на ""Элеонору"".

Еще два голубых луча прорезали пространство - не задев все еще неповрежденного бункера с антивеществом, они проделали в оплавленном корпусе две огромных дыры, диаметром в несколько десятков метров, однако это уже никак не могло повредить мертвому кораблю.

Мезонные орудия всех кораблей эскадры били по рекну, пока наконец один из лучей не зацепил-таки топливный бункер.

В один миг ""Элеонора"" лишилась всего лобового защитного экрана. Броня в основном устояла, чего нельзя сказать о вспомогательном оборудовании и вооружении - чуть ли не треть лазерных и импульсных батарей вышла из строя, один из флайдеков был серьезно поврежден, три из четырех мезонных орудий перестали существовать. Корпус был пробит в трех местах, погибло около тридцати человек, обслуживавших пушки.

Расчет Бразраара полностью оправдался. Пока эскадра приходила в себя, пока снова набирали силу разряженные мезонные излучатели, пока искалеченная ""Элеонора"" восстанавливала свои защитные поля, прошли те минуты, которых так не хватало адмиралу.

Остатки его эскадры исчезли с орбиты Кемта...

... и материализовались спустя несколько минут в системе Лесса.