Операция 'Одиночество'

К этому времени нарядная веселящаяся толпа на ярко освещенных аллеях уже заметно поредела, однако несколько человек все же удивленно обернулись, когда внезапно ожила микрорация, которую Старк, как универ-пилот должен был всегда носить с собой.

- Капитан Старк. Ответьте ""Элеоноре"" - голос диспетчера был слышен довольно паршиво. Естественно, крошечный передатчик не смог бы дотянуться до корабля, висевшего где-то на орбите, причем, судя по помехам, еще и вне пределов прямой связи. Дик почти галопом добежал до своего истребителя, уселся в кресло пилота и включил мощную радиостанцию ""Монингстара"", которая вполне позволяла ему дотянуться до ретрансляционного спутника.

- Я Старк, слушаю вас, ""Элеонора"".

- Капитан, поступила команда шесть - три -девять. Как поняли?

- Вас понял, шесть - три - девять.

- О'кей, капитан. Конец связи.

Дик откинул блистер истребителя, дав свежему ночному воздуху свободно разгуливать по рубке боевой машины. Клаудиа, одним грациозным кошачьим движением запрыгнувшая на крыло истребителя, вопросительно взглянула на парня.

- Они объявили сбор.

- Экстренный? - казалось, девушка расстроилась. Дика это не удивило, отдых на подобном курорте мало кому мог наскучить.

- Нет, по коду шесть - три - девять. То есть, в течении шести часов. Видимо, ""Элеоноре"" дали какое-то задание, так что Джеймисон созывает на борт своих пилотов. Я не без оснований полагаю, что на автоответчике и тебя ждет подобное сообщение.

- Жаль... - вздохнула Клай, потом хитро посмотрела на Дика и улыбнулась Однако у нас есть еще несколько часов.

И она недвусмысленно указала пальчиком на темные окна коттеджа.

Операция ""Черная луна"""

"Ченнинг и Сергеев сидели в адмиральской каюте на борту ""Виктории"". Встреча состоялась по инициативе командующего и начальник СБ, за последнее время привыкший к участившимся вызовам к адмиралу, прибыл на встречу быстро, с некоторым удовольствием переложив скопившиеся канцелярские вопросы на своего заместителя.

Ченнинг молча расхаживал по кабинету, в то время как полковник, развалившись в кресле и потягивая ледяной нарзан, терпеливо ждал, пока адмирал начнет говорить. Они были на короткой ноге уже много лет, и, особенно наедине, избегали всяческих формальностей. Ченнинг сам по себе не бы буквоедом и формалистом, однако на публике Сергеев старался придерживаться субординации, хотя об их давней дружбе знали многие.