Операция «Аутодафе»

Деревья казались поникшими и съежившимися от безысходности. Но на Машкова флюиды не действовали. А может, их заглушало счастливое предвкушение скорого расставания с неугодным сотрудником? Так или иначе, держался он бодро, весело и даже ко мне обращался с невиданным доселе дружелюбием.

— Вы, Дмитрий, не расстраивайтесь, не унывайте, — с улыбкой вещал он. — На ФСБ свет клином не сошелся. Найдете работу попроще, поспокойнее, в службе безопасности какой-нибудь фирмы. С вашими внешними данными это не составит особого труда.

«18.20, — взглянув на часы, мысленно отметил я. — Сколько у нас осталось в запасе? Минут десять, максимум пятнадцать… Бомба, скорее всего, рассчитана не на разрушение церкви (в противном случае в другом бы месте закладывали), а на уничтожение как можно бо?льшего числа прихожан. То есть она сродни поясу шахида… Значит, у нас есть шанс выжить… Если вовремя выскочить из кабинета и отбежать от него подальше, желательно за угол… Домишко, правда, ветхий, на соплях держится.

Зайдя в распахнутые настежь двери, мы очутились в выстланном плиткой вестибюле с незапертой «дежуркой». Все вокруг носило следы панического бегства. На полу валялись чья-то форменная фуражка, несколько авторучек, пустая пистолетная кобура и множество рассыпанных листов исписанной бумаги. В воздухе пахло страхом…

«18.

— Вы чего на часы-то коситесь? — ехидно осведомился полковник. — Считаете минуты, оставшиеся до увольнения?!

— До взрыва, — буркнул я.

— Ну-у-у, Корсаков, вы неисправимы, — насупился он. — Пожалуй, я не стану рекомендовать вас на новую работу.

— Кабинет № 13 на втором этаже, но планировка здесь дурацкая, замучаемся искать, — сказал я, проигнорировав реплику врио. — За восьмым идет пятнадцатый, а тринадцатый… Наверное, в тех же краях, но где именно?!

— Ерунда! — беспечно отмахнулся Машков.

И ведь действительно нашел! В рекордно короткие сроки. В аккурат между пятым и семнадцатым кабинетами. Вероятно, мозги нашего врио были устроены под стать здешней планировке. Толкнув незапертую дверь, мы вошли в душную комнату с несколькими рабочими столами. Кашинский стоял в углу возле окна, выделяясь среди прочих захламленностью и неряшливостью.