Последняя из рода

- Дети мои! Именем Великого я соединю сегодня этих людей священными узами брака… - хорошо поставленным звучным голосом начал он, заставив меня подивиться: а как же лодка любви, которая плывёт по морю любви и собирается причалить к берегам взаимопонимания, если в порту страсти закончатся места у причала?

Может, оно и хорошо, конечно. Вот я уже ерунду всякую думаю… только сейчас я перевела взгляд на своего жениха и мысленно упала в счастливый обморок. Однако! Вблизи он выглядел ничуть не хуже, чем издалека. Высокий и широкоплечий, в великолепно сидящем на нём чёрном сюртуке, чёрных же брюках и белоснежной рубашке, он производил… впечатление, я вам скажу! Эх, парниша! Такую бы красоту, да в дело! Любопытство заставило меня поднять глаза выше и… встретиться с равнодушным и чуть высокомерным пристальным взглядом серых глаз.

- Дитя моё? – услышала я вопрос и повернула голову в сторону святого отца.

Хм… судя по той напряжённости, которая витала в воздухе, вопрос звучал уже не единожды, прежде чем я его услышала.

- Ваш суженый уже высказал желание связать себя узами брака, теперь ваш черёд. Согласна ли ты, Алинара Элмина дю Совьер, почитать, любить и принять в мужья Марка Рейна из клана Харнер?

Я спиной чувствовала напряжение, исходящее от стоящих позади родичей, которое можно было потрогать рукой, и широко улыбнулась будущему супругу, удивлённо поднявшему тёмно-русую бровь домиком.

- Я согласна! – с излишним апломбом произнесла я, чувствуя поражённый вздох позади.

- В таком случае я объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать свою жену, милорд! – тепло улыбнулся отче.

Марк тут же быстро наклонился и слегка коснулся уголка моих губ. Хм, не могу сказать, что наш поцелуй по чувственности перепрыгнул всё, что было у меня раньше… Между тем, шокированные вздохи за моей спиной переросли в невнятный гул, заставивший меня обернуться в показном удивлении.

Ха! Признаться, когда я продумывала детали своего плана, я почему-то полагала, что первыми скандал затеют мои дорогие родичи, которые тут же с пеной на губах будут упрашивать причта не засчитывать мой ответ, но нет. Почтенный Кроссби Уэберс решил, что его самым банальным образом надули (и верно решил, на самом деле), а потому с гневливым выражением лица шипел сквозь зубы и припирал Алистера к стенке.