Последняя из рода

Гостиница, как и следовало ожидать, удивляла огромными роскошными окнами в пол и холёным откормленным лицом управляющего, бросившегося к нашей коляске с уверениями в своём счастье принимать столь родовитых гостей.

- И мы рады здесь очутиться, голубчик, - процедил Анндра, по лицу которого никак нельзя было подумать, что он сейчас чему-то радуется. Скорее, я могла бы предположить, что у свёкра приступ мигрени."

"Моя комната была выше всяческих похвал, но я была не в том состоянии, чтобы оценивать комфорт, в очередной раз выудив свои записи и пробегая глазами по ключевым моментам.

Как я уже говорила, первое впечатление – самое верное, и я была твёрдо намерена оставить у леди Филиппы только верное впечатление о себе. А для этого я должна была быть готова ответить на любой вопрос, связанный с моей идеей. К примеру, сколько необходимо посадочного материала и где его следует закупать…

Отвлекла меня только Бритта, торжественно зашедшая в комнату и держащая на вытянутых руках моё платье.

- Вы будете самой прекрасной леди на сегодняшнем балу, - убеждённо заявила горничная и помогла мне переодеться.

Тонкая, струящаяся ткань стального-серого оттенка выгодно оттеняла оливковый цвет моей кожи, а изящное колье подчёркивало нежность и красоту шеи. «И кто сказал, что я худа?», - мысленно потёрла я ладошки. – «Да я красива и стройна!». Ещё немного повертелась перед зеркалом, переживая о том, насколько эффектно смотрится линия корсажа, и добавила не без самодовольства: «И, конечно же, бесконечно скромна!».

Само празднование проходило в помпезном сооружении, которое выбрал наместник короля в качестве своей резиденции.

К огромному полукруглому крыльцу, украшенному сидящими мраморными львами, подъезжали кареты, откуда выпрыгивали резвые джентльмены, подавая руки своим изящным спутницам, и медленно поднимались наверх. В результате, возле дверей возникло небольшое столпотворение, но не чрезмерное, без шикания друг на друга, оттоптанных ног и воплей: «Кто крайний на бал? Вы? Тогда я за вами буду!» (люди благородные, как никак…). Напыщенный и осознающий собственную важность дворецкий, в расшитом камзоле и с шейным платком, подпирающим щёки, солидно выкрикивал имена гостей и те с облегчением проходили в ярко освещённый зал.

Я с тоской посмотрела на толпу возле входа и преисполнилась терпеливым смирением, молча ёжась от прохладного ветра. Судя по тому ажиотажу, что творился среди приехавших раньше нас, стоило настроиться на длительное ожидание на крыльце дворца наместника.