Опасные решения

А князь не любит, когда его обсуждают. Вон давеча конюх спьяну ругнул его светлость, мол жалование не поднимал уже с полгода, а через час личная стража князя Айлиннера приволокла его во двор да и всыпала двадцать плетей. Ух, кровищи было! А потом сам князь вышел и сказал, что это ему за неуважение к правителям. Вот как!

— А откуда он узнал? — флегматично спросила я, выслушав сей сбивчивый рассказ.

— Так он же маг, — заявила Эмма. — Всё знает.

— Ну круто, — я улыбнулась. — Спрошу у него молярную массу кислорода при случае.

— Чего? — кухарка моргнула.

— Не, ничего, — успокоила я её. — Эмма, а расскажи мне про ваш замок, а? Ну, обычаи всякие, традиции…

Кухарка прыснула.

— Ну и вопросы у тебя, девочка. Всё как и везде. Лучше ты скажи, чего у тебя такой странный вид и мужская одежда? По тебе и не сказать, что светлая ты.

— Обычный вид моего мира, — обидевшись на такое ""подробное"" пояснение, я отплатила той же монетой. — Позже как-нибудь расскажу, лады? Кстати, а куда увели двух других светлых?

— Заряжать кристаллы, — слегка растерянно ответила она.

— Ясно-понятно, — я поднялась. — Вечером расскажу тебе про свой мир, если хочешь.

— Хочу, — обрадовано подтвердила кухарка. — Приходи на кухню, Алиночка, я тебе что-нибудь вкусное оставлю.

Она проводила меня до лестницы.

""Ну вот и первый друг в замке"", — мысленно улыбнулась я, поднимаясь.

Поднялась в библиотеку, отыскала книгу, стоявшую в списке первой. Это оказалась летопись об истории Тёмного королевства. Вначале было интересно, но через пару часов у меня голова уже шла кругом от обилия имён и запутанного престолонаследия.

Решив сделать перерыв, отложила книгу и спустилась на третий этаж, боком проскользнув мимо гобелена с пантерой.

— А тебе никто не говорил, товарищ князь, что невежливо вламываться в чужую комнату в отсутствие хозяина? — поинтересовалась я. — Вдруг у меня здесь сокровища Римской империи и тайны Мадридского двора в пяти томах? А тут ходят всякие… И вообще это зверское вторжение в моё личное пространство!

— Переживёшь, — холодно бросил его светлость.