Опасные обстоятельства

И если Москва, в принципе, не против предложенного тобой варианта освобождения заложников, то в Цхинвали категорически возражают. Не считаться с законами независимого государства, на территории которого мы действуем, я не могу. Не имею права.

– Какого государства? Южная Осетия это наша земля.

– Считай, как хочешь!

– Значит, осетины не желают мирно разойтись. Кровушки захотели? Мало им было крови в августе? ...

Крымов прервал Горца:

– Погоди, не кипятись. Я еще не все сказал!

– Да? И что у тебя есть добавить к сказанному?"

"– Мне удалось убедить местные власти отпустить тебя и подельника.

– Где гарантии, что машину не расстреляют после того, как я отпущу заложников?

– Гарантия – мое слово! Власти Цхинвали не станут портить с нами отношения, а свое слово мы держим всегда.

Горец быстро спросил:

– Какой вариант?

– Вариант, при котором заложников заменю я! Тогда мы можем вместе углубиться в Грузию. Против этого местные власти ничего не имеют. И тут гарантией для меня станет твое слово! Подумай, Горец! И давай через полчаса, когда я подгоню машину, решим проблему?!

– Через двадцать минут!

– Хорошо! Давай решим проблему через двадцать минут.

Крымов вернулся к спецам, ожидавшим, чем закончится эпопея с заложниками. Они готовы были вступить в бой с любым противником, но сейчас не могли участвовать в акции. Офицеры понимали это и все равно чувствовали себя неуютно. Не привыкли спецы находиться в стороне, когда их товарищи совсем рядом рисковали жизнью, ради спасения мирных жителей. Но ничего сделать не могли.

Уловка с подставой Багоева сработала. Не успел Тимур как следует обосноваться на новой позиции, как Шахматов вновь выглянул из-за стены. И тут Багоев поднялся во весь рост. Шахматов рывком поднял автомат, но фигура неизвестного скрылась за забором. И этого мгновения, когда бандит был виден, хватило Шепелю. Раздался хлопок, и пуля «Винтореза», попав боевику в переносицу, отбросила тело Шахматова к стене жилой части здания.