Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

И вдруг подаётся вперёд, накрывая мои губы своими. Так быстро, резко, неожиданно, что я ничего не понимаю, впуская его язык в свой рот.

Опасность!

Именно она сигналит в голове, в груди! Нельзя ему это делать!

Потому что я уже расслабляюсь, сдаваясь крышесносным чувствам. Он опять целует так, лишая кислорода в лёгких. Заставляет ноги задрожать прямо в воде.

Интересно, он её тоже ТАК целовал?

От злости кусаю его за губу.

Ну почему я снова думаю об этом?! Вижу перед глазами?!

Почему Булат вечно подкидывает мне проблем?

Я уже не злюсь на него за Бодрова.

Он готов был быть со мной даже после того, как я убила его ребёнка.

Это сильно. Очень.

И теперь я таю под его лаской, ощущая, как между ног всё становится влажным.

Но всё равно кусаю его за губу, вырывая его злостное рычание.

Басманов отрывается от моих губ. Металлический привкус во рту отрезвляет.

– Тебе же понравилось, Уль, – самонадеянно и нахально слышится со спины. – От чего ты бежишь?

– От кого, – исправляю его. – От кобеля. Да, знаешь, мне понравилось. Я даже вся завелась. И сейчас я пойду к охраннику и заставлю его…

Мандраж накрывает. Пытаюсь его убрать. И всё тщетно.

Я никогда такой не была! Всё Басманов это со мной делает! И заставляет сказать следующие слова:

– Мне отлизать.

Всплеск воды за спиной и быстрые шаги нервируют. Поэтому я, даже не воспользовавшись полотенцем, бегу быстрее на выход. И снова он обнимает меня со спины, никуда не отпуская.

Да сколько можно!

Я его от себя, а он ко мне!"

"– Ещё раз такое скажешь – выпорю несмотря на то, что беременна, – выдыхает мне в ухо горячее, свирепое дыхание. – Или заткну рот членом, чтобы болтала меньше.

– А, так та девушка тоже болтала много, – подливаю бензину в огонёк. – Вот ты её и заткнул.

Пытаюсь вырваться. Опять.

Не выходит!

– Ты о чём?

– Отпусти, кобель! – кричу и начинаю вырываться уже активнее. Бью его руками, ногами, и собираюсь укусить. И снова этот зверь недовольно рычит, поворачивая меня к себе, и хватает за запястья. Притягивает к себе, смотрит уничтожающе.

– Кто. Сказал. Тебе. Эту. Хуйню? – чеканит каждое слово мне в лицо, пугая до дрожи.