Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

— Стас, как я доеду? У меня денег нет! — начинаю раздражаться от сводного брата. Разве не он согласился приютить меня на месяц в столице, пока я не найду работу в столице? — Ты меня вообще встретить обещал…

— Давай я тебе пятьсот рублей кину на этот номер? А чел тебе такси вызовет. Ну, малая, времени ваще нет. Жду тебя, в общем.

И адрес диктует. Сбрасывает.

Хлопаю глазами, возвращаю телефон обратно владелице.

— Брат у тебя засранец, — морщит нос девушка. Не знаю… Он всегда нормальный был по телефону. Я с ним вообще раз в пять лет вижусь, а может, и вообще в десять.

— Денег скинет на такси, — сдавленно отвечаю. Стыдно. Она ведь разговор весь слышала.

— Такси тебе заказать?

Поджимая губы, чтобы не расплакаться, киваю.

— Если я вас не напрягу…

— Да ладно уж, — брюнетка лезет в телефон и приподнимает брови вверх. — Не бросать же тебя. Ночь уже.

— Но вы же гуляете.

— В магазин шла, — улыбается. Блин, красивая… — Сладенького захотелось.

— Понимаю, — чешу макушку. — Я сама сладкоежка.

Диктую ей то же самое, что сказал мне Стас. И через пять минут я уже сажусь в тёплое такси. Девушка простояла со мной до самого приезда, не желая уходить. Сказала, как только посадит, тогда и пойдёт спокойно.

Я правда ей очень благодарна!

А вот брату моему… капец.

Через час я стою возле обшарпанной коричневой двери и стучу по железному покрытию. Звонок у него не работает. Но вместо двери брата – открывается соседская. Какой-то мужик в майке-алкоголичке выглядывает из проёма и огромными злыми глазами смотрит на меня.

— Я тебе сейчас по башке настучу.

— Извините… — в испуге шепчу. Чувствую, как меня чуть не сбивает железная дверь. Стас наконец-то открывает мне, встречая на пороге.

— О, — взъерошенный и сонный парень чешет лохматую голову. Сначала не узнаю. Худой до ужаса, с синяками под глазами. Глаза сонные, зрачки расширенные. Я его разбудила… Но вид у него… Столица всех так изматывает? — Улька же?

Осматривает меня с головы до ног до невозможности странным взглядом.

— А ты хорошенькая выросла.

— Ага, — киваю с энтузиазмом. Выброс эндорфинов произошёл не от встречи с братом. А от того, что я наконец-то сниму этот пиджак, сожгу его, искупаюсь и переоденусь в человеческую одежду. — Так что, пустишь или так на пороге держать и будешь?

— Вот баран, — бьёт себя по лбу. Отходит чуть в сторону, показывая рукой на свою квартиру. — Добро пожаловать, сестричка!

Счастливо перешагиваю порог квартиры.