Ониксовый шторм

 – Он на мгновение нахмурился, затем закинул руки за голову и стянул с себя рубашку.

«Мой. Целиком мой»."

"«И все же ты думаешь, что каким-то образом можешь причинить мне боль».

Его рубашка упала на пол, я обвила его руками за шею, и все мое тело напряглось, прижавшись к его обнаженной груди и шраму над сердцем. Мне хотелось облизать каждую черточку его мускулистого торса.

– Скажи мне, что тебе нужно, чтобы я могла раствориться в тебе.

Ксейден обнял меня за талию, затем опустил голову и присосался губами к шее.

– Проклятье, как же вкусно ты пахнешь.

– Это всего лишь мыло.

Затем мой разум превратился в кашицу, и я прижалась затылком к стене. Каждое прикосновение губ Ксейдена было подобно разряду электричества, которое заставляло вскипать кровь, перемешивалось с моей силой и накапливалось между бедрами.

– Только ты. – Он целовал мне шею, подбородок, затем его губы коснулись моих. – Мне нужно, чтобы ты дала мне то единственное, что ты так любишь нарушать.

Я заставила свой мозг сосредоточиться и сформировать мысль в созданном им тумане похоти.

– Контроль.

Ксейден кивнул.

– Готово. – Я вобрала в рот его нижнюю губу, затем прикусила и отпустила. – У тебя он все равно уже есть.

Я же от одного его прикосновения становилась податливой, словно глина.

– Если бы ты только знала. – Он покачал головой, скользнул пальцами по моим ребрам, и вот уже его ладонь обхватила мою грудь. Всякий раз, как он проводил шелком моей ночной рубашки по моему чувствительному соску, мое дыхание прерывалось.

Я таяла и выгибалась в его руках. Хорошо, что он меня поднял и прижал к стене, а то мои колени подогнулись бы еще на середине этого признания. И это я еще не говорила о том, что он творил своими пальцами.

– Не трогать тебя. Поняла.

– Неужели? – Сгустки теней заструились по его плечам, обвились вокруг моих запястий и мгновение спустя прижали их к стене над моей головой.