Ониксовый шторм

Меня просто распирало от гордости, и я расстегнула последнюю пуговицу.

Ксейден кивнул:

– Я не игнорирую свою судьбу. Я знаю, что однажды настанет день, когда я стану больше этим, чем собой. – Он сглотнул. – Но какой бы призрачной ни была надежда, я должен бороться. Пока я стабилен, и хотя я понимаю, что это всего лишь день семьдесят…

– А какое твое магическое число?

И да помогут мне боги, если оно трехзначное.

Ксейден нежно заправил прядку волос мне за ухо:

– Семьдесят шесть. Это в два раза больше самого длинного срока, который Барлоу смог продержаться, не черпая силу.

Я заморгала:

– Три дня?

Мои надежды не просто выросли, они запорхали в воздухе.

– Я сказал себе, что дождусь семьдесят шестого дня, прежде чем постучать в твою дверь, но… Сгаэль изменила курс, как только я понял, что раз я могу сохранять контроль за пределами действия чар…

Он умолк и наклонился ко мне, его губы оказались в дюйме от моих.

– Тогда ты сможешь сохранить контроль и со мной.

Я бесстыже закончила мысль за него так, как хотела, чтобы она закончилась. У меня перехватило дыхание, когда ледяная капля с его воротника капнула мне на ключицу, но она никак не могла понизить температуру моего тела, разгоряченного от близости его.

– При должных обстоятельствах. – Ксейден кивнул, затем отступил на шаг, стягивая с себя промокшую летную куртку, и я последовала его примеру, скинув с себя халат.

– При каких, говоришь, обстоятельствах?

Мое сердце забилось чаще.

– Ты надела… – Он протянул было ко мне руку, затем одернул, сжимая кулак.

– Ночную рубашку, которую ты для меня заказал? Да. Не отвлекайся. Так при каких обстоятельствах? – повторила вопрос я, проводя языком по опухшей нижней губе.

Одного поцелуя было недостаточно. Я изголодалась по нему, и, если Ксейден готов, я с радостью соглашусь на пиршество.

– Я не отвлекаюсь. Я одержим.