Ониксовый шторм

Мой взгляд встретился с обеспокоенным взглядом Ксейдена.

– Дай ему время, – попросила я, – мы успели уложиться в час.

Ксейден стиснул зубы, отчего синяк у него на челюсти побагровел, но все же кивнул.

– Теперь молись, чтобы Гаррик очнулся в ближайшие несколько минут, – прошептала я Фарису. Корчившаяся на полу Рослин застонала от боли. – Молись Гедеону или тому, кто тебя услышит, чтобы ты оказался вовсе не таким умным, каким себя считал. Потому что только так он тебя пощадит.

Фарис прищурил свои фиалковые глаза:

– Почему я должен молиться, чтобы он очнулся и убил меня?

– Не Гаррик.

Во взгляде Фариса отразился страх.

Я уселась на стол и принялась ждать.

Минуты три спустя Гаррик застонал и открыл глаза.

– Это мой самый нелюбимый остров.

С моих губ сорвался смешок облегчения. Ксейден склонил голову, словно он молился Зинхалу или, быть может, Малеку и благодарил его за то, что он не стал забирать его лучшего друга.

– Ты не победила, – огрызнулся Фарис.

– Ты умираешь. – Я соскользнула со стола. – Полагаю, это характеризует тебя как проигравшего.

Ксейден вскочил на ноги, пронесся мимо меня, схватил Фариса за ворот, рывком поднял со стула и прижал к стене.

Твою мать.

А я-то думала, что блефую. Мой желудок скрутился в узел, когда Ксейден зарядил члену Триумвирата сокрушающий хук справа.

– Ты отравил его? – Ксейден снова шваркнул Фариса об стену.

– Воу, воу. – К нам подошел Ридок. – Мы не можем убивать потенциальных союзников, даже если они козлы.

Ксейден наградил Ридока взглядом, от которого у меня кровь застыла в жилах.

Это не он.

– Нет! – без раздумий воскликнула я, вставая между ними и мягко отталкивая Ридока в сторону. – Нет.

Ридок недоуменно изогнул бровь, но отступил. Даин прищурился. Я повернулась к Ксейдену.

– Посмотри на меня.

Ксейден повернул голову, и я судорожно сглотнула. В тело человека, которого я любила, словно бы вселился незнакомец.

– Убирайся со льда, – прошептала я. – Собери себя в кучу и возвращайся ко мне, потому что ты мне нужен. Мне нужен ты, а не… это вот.

В глазах Ксейдена отразилось узнавание.